– Лора Гаспарян, – подсказала я, решив, что Макс забыл имя подростка. И вдруг услышала неожиданное:
– Вот насчет Лоры Гаспарян есть сомнения. Это не она.
– Не поняла? – удивилась я.
– Лора Гаспарян, дочь Арама и Ануш, скончалась, – заявил Макс.
– Вот это да! – ахнула я. – Вадик ничего не перепутал, роясь в своих ноутбуках? Я сама видела на двери тщательно запертой палаты табличку «Лора Гаспарян», и Карелия Львовна, помощница Федора Николаевича, постоянно твердила это имя, рассказывала, какая девочка проблемная.
– Вот последнее чистая правда, – сказал Макс. – Лора, несмотря на юный возраст, являлась наркоманкой со стажем, с семи лет удирала из дома, родители гонялись за ней по всей стране, снимали с поездов, привозили домой, но дочурка снова пускалась в бега. Гаспарян – люди богатые, они отправили Лору в Англию, заперли в школе для девочек. Но ее живо выгнали из престижного учебного заведения. Не удержалась Лора и в трех других английских гимназиях, пришлось возвращать дитятко домой.
Когда Лора очутилась в Москве, ей едва исполнилось двенадцать, и она уже прочно сидела на игле. В клинике Волкова девочку вылечили, но спустя некоторое время она опять убежала, купила героин и скончалась от передозировки. И вот интересный момент. Ануш и Арам не объявили о кончине дочери, мать спешно улетела в Испанию, где семья имеет собственный дом, и пока в Россию не возвращалась. Арам же молчит о судьбе девочки. В школе, где некоторое время обучалась Лора, считают, что она находится вместе с матерью в Испании.
Сейчас запись включу, послушай…
Раздался щелчок, зазвучал незнакомый женский голос.
– Нет, Лора за границей. Очень хорошая девочка; к сожалению, она много болела, лечилась постоянно от астмы, поэтому долго обучалась на дому. Госпожа Гаспарян предупредила нас, что дочка чуть ли не с пеленок находится под пристальным наблюдением врачей и не очень-то правильно ведет себя со сверстниками. Но мы никаких проблем не заметили. Она старалась получать хорошие отметки, и ей их ставили, чтобы морально поддержать.
Знаний у нее было на шаткую троечку, но мы натягивали «четыре», хотели мотивировать Лору. К сожалению, она провела у нас всего один триместр, опять заболела. Спустя несколько месяцев госпожа Гаспарян забрала документы и объяснила: состояние Лоры резко ухудшилось, они улетают в Испанию.
Через секунду снова прорезался баритон Макса.
– Тело Лоры кремировали, мы нашли соответствующие документы. Прах выдали матери.
