Сексом втроем я еще не занимался, а какой парень от этого откажется?
В мыслях мелькнула картинка – я в постели с двумя девушками, но внутри все оборвалось, когда я понял, что обе девушки похожи на Тэйт.
Я посмотрел на Пайпер, а потом на вторую девушку, которая была чертовски сексуальна и бросала на меня взгляды, в которых читалось «трахни меня». И мне захотелось что-нибудь размолотить.
Я опустил глаза, осознав, что не хочу всего этого.
Более того, даже думая об этом, я чувствовал себя облажавшимся.
Господи.
Когда-нибудь я себя за это возненавижу.
Я снова отвел от себя руки Пайпер, отстранился.
– Прекрати.
– Что?! – вскрикнула она потрясенно, в ее глазах сверкнул гнев.
– Доберись до дома целой и невредимой, ладно? – Я покачал головой. – С меня хватит, черт возьми, – пробормотал я себе под нос, отправляясь на поиски Тэйт.
Плевать, если она девушка Бена.
Уедет она со мной.
* * *Я пробирался по грязи и мокрым листьям, прислушиваясь к каждому звуку. После столкновения с захмелевшим Беном – который признался, что потерял свою спутницу из виду, – я ломанулся в лес, в направлении парковки, разыскивая Тэйт.
Я не нашел ее у костра, да ведь и друзей у нее тут особо не было.
И не только тут, придурок."
"Громкий гортанный стон эхом разнесся по лесу, и я резко повернул голову на звук.
Что? Черт!
Я перешел на бег, перескакивая через бревна. Сердце колотилось так сильно, что было больно дышать.
– Почему парни в нашей школе такие козлы? – прорычал кто-то.
Тэйт.
Я свернул влево, продираясь через кучи валявшихся на земле веток и мокрую листву.
– Черт! – услышал я мужской голос. – Сучка хренова!
Промчавшись между деревьями, я оказался на расчищенном участке леса, где лежали поваленные деревья и торчали пеньки. С трудом переводя дух, я оценил открывшуюся мне сцену.
Тэйт стояла над лежавшим на земле Нэйтом Дитрихом, который явно корчился от боли. Одной рукой он прикрывал глаза, другой держался за пах.
Гребаный ублюдок.
– Татум! – рявкнул я, скорее от страха, нежели от гнева.
Если она и ударила его, то потому, что ей что-то угрожало.
Ему не жить.
Тэйт развернулась, и я с трудом сдержался. Нэйт был уже повержен, но я заметил порванную бретельку ее майки, и все мышцы в моем теле напряглись.
– Он сделал тебе больно? – спросил я сквозь сжатые зубы.
Она прикрыла оголенное плечо рукой и ответила, почти не глядя на меня:
– Пытался. Со мной все в порядке.
Я сорвал с себя рубашку и бросил ее ей.
– Надень, – приказал я. – Сейчас же.
