– Владимир Васильевич, Басаргин беспокоит…
Комиссар умело воспользовался тем, что Александр сосредоточен на разговоре, вытащил из компьютера диск и убрал его в свой портфель, стоящий рядом. Все данные, попавшие в буфер обмена, комиссар тут же уничтожил, скопировав туда первый попавшийся ярлык с рабочего стола Windows.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
1– Владимир Васильевич, Басаргин беспокоит…
Комиссар протянул руку и нажал кнопку спикерфона, чтобы слышать разговор, хотя и пришлось сделать это с небольшим опозданием – пропустил первые ответные слова генерала.
Однако приветствие решающей роли почти никогда не играет и жест Костромина выглядел естественным. Александр согласно кивнул и трубку положил, чтобы продолжить разговор через внешний микрофон в корпусе.
Голос Астахова звучал, как всегда, озабоченно, словно ему приходилось, подобно Юлию Цезарю, выполнять сразу три дела.
– …др Игоревич. Я звонил, как вы просили, полковнику Колесникову. Он готов вас принять и обещал подготовить материалы.
Хотя… Сейчас уже, наверное, поздно.
Александр машинально бросил взгляд в окно. На Москву опускался вечер, и откуда-то назойливо били разноцветьем огни рекламы.
– Новых данных из Верхнетобольска нет?
– Пока ничего не поступало. Наша группа пятнадцать минут назад отправилась в Жуковский. Летят спецрейсом. Все данные по капитану Столбову собраны. Версия вполне рабочая и самая вероятная.
– Доктор Смерть должен быть уже там.
– Я предупредил своих людей о работе в тесном контакте.
Но вернемся к оперативной теме: вы когда планируете посетить МУР?
– Я уже был там.
– И что?
– И теперь хочу загрузить работой вас и ваших людей.
Генерал осмысливал сказанное недолго.
– Мы готовы включиться всеми силами, был бы результат таким же быстрым, как наша реакция. Я так понимаю, что вы нашли что-то интересное?"
"– Даже очень, я бы сказал, интересное, Владимир Васильевич. Я пришел к выводу, что Наиль Федорович Шакиров весьма жестко и целенаправленно, в течение достаточно продолжительного времени подвергался психологической обработке в полном соответствии со всеми тонкостями теории и практики для такого рода деятельности.
И был доведен до ревнивого маниакального или даже почти истерического состояния не кем-то со стороны, а собственной женой и, возможно, ее двоюродным братцем Маратом Ахметовым. При этом цель у брата с сестрой была одна – уничтожить журналиста Юрия Кольцова. Это я утверждаю достаточно категорично.
