Нет, не маркиз, но очень похож…
— Так вот ты какой, шат Вейн, мой драгоценный супруг, — задумчиво протянула Ева, жадно рассматривая герцога.
Темно-русые волосы по плечам, породистый нос, резкие черты лица и жесткость в линии губ. Не красавец, но чертовски привлекательный мужчина. Похожи с братом, но… Как волк с собакой. Вроде бы внешнее сходство имеется, а взгляд всегда выдаст хищника. Вот и Вейн смотрел как хищник. Опасный, жестокий, непредсказуемый. И глаза у герцога другие, цвета грозового неба — темно-серые. Почти черные.
— Ева Ридверт! Я приказываю явиться!
— Приказывать ты своей любовнице можешь, герцог, — хмыкнула Ева, осматриваясь.
Но ничего интересного, кроме самого герцога, не обнаружила.
— За что? — Герцог зло полоснул кинжалом по ладони, сжал кулак, на пол капнула кровь. — Почему мне досталась в жены идиотка? Даже умереть нормально не смогла! Ева Ридверт, заклинаю тебя кровью своей и жертвенной, явись!
— Да здесь я, здесь, любимый мой супруг! — весело ответила Ева.
Ей совершенно не было страшно — это ведь сон, просто сон, пусть даже и контролируемый, но она знала, что вернется в тело.
Иначе все было бы слишком просто… Для герцога и этого мира.
Призрачная птица-фантом опять уменьшилась до нормальных размеров и стремительно упала на кровь, жадно лакая ее раздвоенным языком.
— Ты получил жертву, таль, но не выполнил условия сделки, — жестко произнес герцог, глядя на тварюжку.
— Он его видит, а меня нет?
Ева поплыла к герцогу, ткнула в него пальцем, палец прошел насквозь.
Но Вейн что-то почувствовал, вздрогнул и начал озираться.
— Проклятый браслет! — зло произнес он. — Без силы, что он запечатал, меня хватило лишь на запрещенный Орденом ритуал призыва.
— Что-то ваш Орден слишком часто пользуется запрещенными ритуалами, — иронично прокомментировала его слова Ева.
— И все зря! И почему я не удушил ее в первую брачную ночь? Король был прав, когда советовал сделать ей наследника и отправить в дальнее имение!
— У нас есть имение? — оживилась Ева. — Эй, муженек! Я жива! Жива! Смирись, расслабься и получай удовольствие! И перевяжи уже бедолагу, а то помрет от потери крови.
Красивый же мужик, жалко.
Вейн словно ее услышал, он присел перед лежащим без сознания типом и начал сноровисто перевязывать раны на его запястьях заранее приготовленными бинтами. Не очень свежими, но все-таки… Ева вздохнула с облегчением, ей не хотелось налаживать отношения с хладнокровным убийцей.
— Ничего, целитель залечит быстро, — хмуро бубнил Вейн.
