Теплое дыхание коснулось шеи, и девушка вздрогнула, настолько острыми были ощущения от сильного мужского тела за спиной, от вкрадчивого голоса, прозвучавшего над ухом. Слишком близко… До неприличия близко… Еще немного — и губы коснутся кожи.
— Я был в крепости перед попыткой вашей матушки узурпировать власть, всего несколько месяцев назад, и тогда Ева Ридверт дрожала, смущалась и сбежала из-за стола при первой же возможности. В компании триптона…
— Вас это расстроило? — иронично поинтересовалась Ева и повернулась, маркизу пришлось отодвинуться.
— Что именно вас смутило, дорогой деверь, что сбежала или что в компании триптона?
В глазах маркиза промелькнуло восхищение. Он обошел стол и вернулся на место, поднял бокал с вином.
— Тогда меня ничего не смутило, но сейчас я не могу понять вашу игру, милая сноха. — Он подал ей маленькую тарелочку с пирожным, словно невзначай касаясь большим пальцем девичьей руки. — Если бы я лично не видел, как триптон проверяет вас на одержимость, решил бы, что в теле супруги моего брата живет опытный и хитрый таль.
Так, как бы выяснить, что это за тали такие? Капитан тоже про них упоминал в разговоре. Демоны, что ли?
— Пока вы спали, я пообщался с вашим лекарем, — маркиз скривился, — и с вашей горничной.
— И?.."
"— Оба уверяют, что вы отравились сами, как только узнали, что Вейн пропал, — пытливый взгляд в глаза. — Триптон тоже не сомневается, что ягоды вы приняли сами. Испугавшись той ответственности, что легла на ваши плечи после того, как супруг пропал.
Триптон уверяет, что вы мечтали вернуться в обитель Заступницы и даже просили об этом Вейна.
— Но он отказал, — кивнула Ева, пробуя пирожное. Слишком сладко. Она отставила тарелку. — И поставил условие, я смогу уйти, если рожу ему наследника, которому останется крепость.
Сказала и на мгновение замерла, пораженная, откуда она это знает?
— Но вы все еще невинны, — ухмыльнулся маркиз.
— Что поделать, ваш брат не особо стремился исправить это досадное недоразумение, — пожала плечами Ева и ехидно заметила: — Ему, видимо, больше нравятся женщины, способные протаранить стену своими… орудиями.
Йерк несколько секунд смотрел на нее ошарашенно, а потом расхохотался.
— Шата Ева, да у вас язычок острее кинжала, — со смехом сообщил он Еве. — Как так получилось, что мы этого не замечали раньше?
— Раньше я была ребенком, никому не нужным ребенком, — глядя в глаза маркизу, тихо произнесла Ева, и улыбка сползла с лица мужчины.
