В эту часть крепости с ревизией она сунуться не рискнула, представив как встретит ее экс-ерцогиня и поэтому сейчас даже не скрывала своего удивления. Перед ней был дворец. Анфилада комнат возможно и уступала дворцам Питера, но все равно производила впечатление убранством. Ковры, позолота, вычурная мебель вдоль стен, тяжелые шторы на больших окнах и… люди! Здесь было довольно людно и пару лиц Еве были знакомы, она их видела во время своего первого завтрака в крепости. Напротив входа застыли в поклонах дамы в пышных платьях и несколько мужчин в «веселеньких» одеждах.
Один из них — лысеющий улыбчивый господин в рейтузах и зеленом то ли смокинге, то ли длинном сюртуке (Ева никогда не разбиралась в историческом костюме) радостно воскликнул:
— Какая честь для нашего маленького общества лицезреть вашу светлость!
Это было сигналом, к Еве бросилась вся эта разряженная надушенная толпа и она непроизвольно сделал шаг назад, не зная, как на это все реагировать.
— Ах, ваша светлость, как ваше здоровье? — на правах старой знакомой вопрошала полная дама в ярко-синем платье.
Ева ее имени не вспомнила, но за завтраком она советовала ей хорошо питаться. — Хотите, я пришлю вам нюхательные соли, мне недавно доставили из столицы?
— Вы играете в лонэ? — влезла вперед худосочная леди в сиреневом. — Нам с виконтом не хватает одного человека, а то остальные в этой зале не очень понимают правила…
— Тупые? — невинно поинтересовалась Ева.
Худая сверкнула глазами в сторону недовольных лиц, но вслух порадоваться на определение умственных способностей окружающих не решилась:
— Правила слишком сложны и запутаны…"
"— Игра для плебоса, — фыркнула еще одна пожилая дама.
— У кого не хватает мозгов так говорят! — отбрила ее худосочная.
— Конечно, если кроме мозгов ничего не имеется, то и прихвастнуть больше нечем.
Ева с огромным интересом и каким-то не присущим ей в обычной жизни злорадством следила за разгорающимся скандальчиком, но в это время слуга объявил:
— Ее светлость вдовствующая экс-герцогиня Лунесса Иборг Ридверт!
Лунесса, как никогда напоминала призрак имени самой себя.
Выбеленное лицо, мушка на дряблой щеке, голубые тени и ярко красные тонкие губы делали ее морщинистое лицо похожим на посмертную маску. Не особо удачную маску, надо сказать.
— Отвратительно выглядите, — припомнив нравоучения старухи, не смолчала Ева. — Совсем себя не бережете, ваша светлость, а ведь вам нужно готовиться становиться прабабкой.
