Ладони холодеют, перед глазами на миг всё покрывается туманом.
Алексей… Мне не послышалось? Он только что признался, что работал на кукловода⁈
Мой двоюродный дед стоит, тонко улыбаясь и явно наслаждаясь тем, как ему удалось нас поразить. Ярослав издаёт короткий хриплый смешок, похожий на карканье.
— Не всё так славно в вашем семействе, как я погляжу, — говорит он.
Григорий Михайлович медленно поднимается, не спуская глаз с младшего брата. Юрий же, наоборот, резко подскакивает и сжимает кулаки.
— Стой на месте! — железным тоном приказывает князь.
Юрий дёргается, будто зверь на цепи, и рычит:
— Сука, ты нас предал!
— Этого я не говорил, — с улыбкой разводит руками Алексей.
— Тогда объяснись, и чем скорее, тем лучше! — требует Григорий Михайлович. — Хватит театральности, немедленно всё рассказывай!
— Хорошо, хорошо, — Алексей поднимает ладони, будто сдаваясь. — Если бы вы не думали обо мне так плохо, могли бы уже и сами обо всём догадаться. Слушайте.
Он беспардонно отодвигает инвалидное кресло с Ярославом в сторону, не обращая внимания на его ругательства, и встаёт по центру комнаты.
— Ещё до того, как всё это началось. До того, как Александр решил, что хочет вернуть себя и Анну в род, — начинает Алексей, — я уже работал с кукловодом. Я знал, да и все мы знали, что в Династии есть некая вредительская структура. Но мы не подозревали о её масштабах и о том, что она выходит далеко за пределы корпорации. Я копнул немного и понял, насколько всё плохо, и решил, что бороться с такой заразой напрямую слишком опасно.
— Ты решил это без меня⁈ — гневно нахмурившись, гремит князь.
— Да, брат, прости меня. Если бы я поставил тебя или кого-то другого в известность, вы бы начали действовать. А я понимал, что если мы начнём давить на врага — он будет давить в ответ. Собственно, я оказался прав, и мы совсем недавно в этом убедились. Кукловод… Ромэн дошёл до того, что сумел спровоцировать войну кланов.
Алексей переводит взгляд на меня и продолжает:
— Ты первым осознал масштаб проблемы после меня, Александр.
Твой план был очень хорош, и он привёл к нужному результату. Но, думаю, ты и сам понимаешь, насколько он был рискован.
— Не менее рискован, чем ваш, судя по всему, — отвечаю я. — Мы могли рано или поздно посчитать вас врагом. И даже считали какое-то время."
"— Да, я знаю. Быть шпионом в чужих рядах всегда рискованно, по многим причинам, — усмехается двоюродный дед. — Но давайте вернёмся к делу.
