Как ты там?»
«Лучше. Как погода, в порядке?» — сразу же отвечает она.
Это тайный шифр. Мама в курсе, что Юрий и Максим живы, я решил не оставлять её в неведении. Поэтому под погодой имеются в виду именно мои дядя и двоюродный брат.
«Погода хорошая. Теплее, чем ожидалось», — пишу я, имея в виду, что мы с Юрием даже ни разу не успели поругаться. Хотя настоящая погода, по мне, не очень. Минус двадцать четыре градуса — непривычно для жителя столицы.
Мы с мамой переписываемся ещё немного, а затем я сажусь медитировать. Поспать не успею — взглянув в окно, я вижу, что люди уже начали прибывать.
Поэтому сажусь на пол и выравниваю дыхание, стараясь привести мысли в порядок."
"Через какое-то время в дверь раздаётся осторожный стук. Я открываю глаза и спрашиваю:
— Кто там?
— Ваше сиятельство, собрание начнётся через десять минут, — сообщает дворецкий.
— Спасибо, я скоро спущусь.
Встав, делаю небольшую разминку, надеваю костюм и выхожу. Меня провожают в большой каминный зал на первом этаже. Там на креслах и диванах сидят господа, с большинством из которых я уже встречался во время прошлого визита в Томск.
— Итак, господа, позвольте начать, — говорит князь Домогаров. — Александр Грозин прибыл сюда от лица своего рода и клана, также у него на руках есть доверенность от княгини Череповой, позволяющая вести переговоры от её имени. Александр Сергеевич заинтересован в том, чтобы прекратить начавшуюся войну, как и мы с вами.
— Ещё бы. Акции моего банка упали на семь процентов, когда эта возня началась, и продолжают падать, — бурчит толстяк, чьё тело едва помещается в широкое кресло.
— Как вы вообще это допустили? — его сосед строго смотрит на меня поверх круглых очков.
Спокойно встретив его взгляд, я отвечаю:
— Если вы интересуетесь тем, что происходит в империи, то наверняка знаете — после убийства Сергея Черепова обстановка между нашими кланами напряжённая. Несмотря на то что княжеские роды выступают против войны, некоторые члены кланов хотят сражаться. У них есть для этого основания. После прошлой войны кланов осталось много взаимных претензий и неразрешённых противоречий.
— Почему вы просто не прикажете им остановиться? — продолжает давить мужчина в очках.
— Простите, уважаемый, я не помню вашего имени, — говорю я.
— Павел Андреевич Рогов. Я основатель Всесибирского юридического холдинга.
— В таком случае, я не понимаю, почему вы задаёте такой вопрос. Юрист должен знать, что вассалы — не рабы. У них есть свобода объявлять войны без разрешения сюзерена.
