Возле конференц-зала мы встречаем князя Вальтера. Его походка быстрая, резкая, как у истинного военного. Медали всё так же блестят на груди. Цвет галстука — кроваво-красный. Цвет вызова.
— Доброе утро, Кирилл Александрович, — здороваюсь я.
— Доброе, — сухо кивает он.
— Как настроение? Надеюсь, вы готовы к поражению? — не скрывая вызова в голосе, интересуется Виталий.
— Я готов, Виталий Григорьевич. Но только к победе, — вонзив в моего дядю острый взгляд, отвечает Вальтер и направляется в зал.
Стеклянные стены зала отражают нас как экспонаты в аквариуме.
Тринадцать кресел за столом из чёрного мрамора, но только двенадцать для членов совета. Я присутствую здесь как наследник рода, не более.
Десять пар глаз, избегающих моего взгляда. Юрия нет — он ждёт сигнала в лифтовом холле. Нет и старика Волконского, «заболевшего» расстройством желудка. Предательски удобная болезнь.
Скольжу взглядом по совету:
Барон Ермолов — лысый как коленка, жуёт жвачку с видом человека, случайно зашедшего не туда.
Его текстильные фабрики висят на кредитах Вальтера.
Графиня Лобанова-Ростовская — щурится в планшет, подведённые стрелки в уголках глаз дрожат. Её муж проиграл половину имущества в покер, а Вальтер выкупил её долги. Теперь она голосует, как скажут.
У остальных, даже если они не дворяне, тоже полно скелетов в шкафах и болевых точек. И не всегда понятно до конца, кто сумел грамотнее этим воспользоваться — мы или наш враг.
Сам Вальтер усаживается напротив князя и складывает пальцы домиком, будто пытаясь придушить невидимого врага.
Дедушка сидит прямо как штык. Его сжатый кулак, на котором блестит перстень с фамильным гербом, лежит на столе.
— Начнём, — голос Григория Михайловича режет воздух. — Кирилл Александрович, вы запросили собрание. Говорите.
Вальтер встаёт, поправляя галстук и жестом просит стоящего в углу помощника включить проектор. На стене вспыхивает график убытков.
— За последние три месяца Династия потеряла семнадцать процентов капитализации, — он щёлкает пультом, цифры горят алым.
— Из-за чьих амбиций? Из-за детской игры в войнушку! Грозины втянули корпорацию в конфликт, поставив под удар интересы акционеров и всей компании. Пора сменить руководство.
Дедушка не моргает. Только скула дрогнула, будто что-то пробежало под кожей.
— Династия — не биржевая игрушка, — медленно произносит он, не скрывая враждебности. — Это дворянская и родовая корпорация. Честь важнее денег.
