Но усталость не отступает — мне действительно нужно поспать после напряжённой ночи на ногах.
Князь решает съездить в основное поместье и отдохнуть там. Ну а я падаю на ближайшую койку и закрываю глаза.
Почти успеваю заснуть, как раздаётся звонок телефона. Вот чёрт, надо было его отключить. Он ведь абсолютно точно не заткнётся, а мне нужно вздремнуть хотя бы пару часов.
— Алло?
— Александр, здравствуй. Я удивлён, что ты мне не звонишь.
Я не узнаю голос и смотрю на экран. Надо же, это барон Серебряков, отец моей школьной подруги.
Так и знал, что рано или поздно он свяжется со мной.
— Простите, Филипп Романович, — говорю я. — Помню про вас, но не хотел вмешивать.
— А с чего ты взял, что я хочу оставаться в стороне? — раздражённо хмыкает Серебряков. — Мы ведь официальные союзники!
— Я помню. Но не хочу подвергать вас и вашу семью риску. Сами видите, насколько далеко всё зашло.
— Дальше, чем ты думаешь, — бурчит Филипп. — Только что наёмники атаковали мои объекты, а ночью на территорию поместья пытались проникнуть диверсанты.
Жарову плевать, что официально я не вступил в войну!
— Жаль слышать, — отвечаю я. — Вам требуется помощь?
— Нет, мы отбились, хотя и с трудом. Семью я ещё вчера тайно вывез из города. Поэтому теперь готов воевать!
— Хорошо, барон. Я передам ваши контакты командиру штаба. Уверен, ваш вклад нам очень пригодится.
— Отличною До свидания, Александр.
— Всего доброго, — говорю я и кладу трубку.
Вот, значит, как. Жаров совсем распалился и атакует даже тех, кто не вступил в войну на официальном уровне.
Что ж, такая тактика понятна, но перспективы у неё крайне плохие. Ведь Андрей просто-напросто заставил подключиться к войне ещё один род.
«А что, если в этом и состоял план? Не знаю, как император, но кукловод явно хочет, чтобы огонь пылал как можно ярче», — думаю я.
Надо будет позвонить Дмитрию и узнать, как у него дела. Кто бы ни был кукловодом, Ярослав или Алексей… Так или иначе, кукловод сейчас в Европе, подальше от всего этого.
Удобно, ничего не скажешь. Устроить войну в одном государстве, при этом находясь в другом… Высший пилотаж, между прочим.
Можно даже восхититься способностями нашего противника.
Но я не собираюсь им восхищаться. Я намерен его уничтожить, и знаю, что мы близки к этому. Несмотря на войну и всё остальное — кукловод будет повержен.
С этими мыслями я засыпаю. А проснувшись, я первым делом звоню именно Дмитрию, несмотря на обилие пропущенных звонков от всех подряд.
Дима неожиданно берёт трубку почти сразу.
