Как он может быть настолько безответственным? Почему он готов так просто развязать внутренний конфликт лишь затем, чтобы ослабить Грозиных? Это ведь во вред всей стране. Погибнут люди, будут потеряны предприятия и миллиарды прибыли, в том числе и налогов. И всё это потому, что императору мерещится угроза для его власти?
Такое недопустимо. Я пока не знаю, что смогу с этим сделать, но определённо что-нибудь сделаю. Да, это будет игра на уровень выше, чем даже борьба с кукловодом, но я к ней готов. Надеюсь, что и весь род Грозиных согласится — мы обязаны ответить.
В мои размышления врывается голос Егора:
— Ну и как нам на это реагировать?
— Обвините Жарова в попытке развязать межклановый конфликт. Задайте справедливый вопрос: почему император никак на это не реагирует? Другие дворяне не вправе вмешиваться в войну другого рода, только при соблюдении некоторых условий. Даже если мятежники попросят Жарова помочь, это будет незаконно, — говорю я.
— Если только император ему не позволит, — хмыкает хакер.
— А он, видимо, собирается позволить.
— Видимо. Поэтому особенно важно прекратить мятеж. Где бунтовщики сейчас?
— Сейчас… — Егор открывает на ноутбуке трансляцию. — Ага. Уже подбираются к поместью Череповых.
— Стрельбы нет?
— Вроде нет. Мы бы узнали.
— Хорошо. Сергей всё же грамотно поступил, — киваю я. — Врагам никто не оказывает сопротивления, поэтому они наверняка надеяться просто захватить род Череповых и заставить их отречься от титула.
— Только вот послушают ли они его? — с сомнением спрашивает Егор.
— Скоро узнаем, — отвечаю я.
* * *Поместье рода Череповых. Два часа назад.
Горничная вбегает в комнату Галины и, заикаясь, говорит:
— Ва-ваше сиятельство. Т-там…
— Что такое? — княгиня обеспокоенно прижимает к себе младшую дочь. — Враги уже здесь?
— Нет, — бледная служанка мотает головой. — Там ваш брат. Сергей Альбертович.
Ошеломлённая Галина застывает, не зная, что ответить. В её голове царит полнейшая пустота, прерываемая только биением пульса в висках.
— Мамочка, дядя Серёжа вернулся? — спрашивает дочка.
Княгиня ничего ей не отвечает и шепчет:
— Но… как… он же…
— Я не знаю. Он только что подъехал к крыльцу. Это точно он! — восклицает служанка.
Галине кажется, что она вот-вот потеряет сознание. С трудом удерживая себя в руках, она усаживает дочку на диван рядом с собой и говорит горничной:
— Пригляди за ней.
— Конечно, госпожа.
Будто во сне, Галина быстрым шагом направляется в коридор.
