– Да, я только что прочла об этом, – кивнула головой Лера. – И что? Вы выполнили ее просьбу?
– Валерия, мы же не изверги. Дети и в самом деле ни в чем не виноваты. Пусть растут в неведении и будут счастливы с бабушкой и дедушкой. Хоть и без родителей, зато не в приюте. Они – богатые наследники. Кстати, родители Вадима решили продать дом на Рублевке и уехать с мальчиками в Германию, там у них есть родственники.
– А как же компания?
– Там хороший управляющий, думаю, что он сбережет ее для близнецов.
– Ну, а Виктор? Надеюсь, его арестовали?
– Естественно, – пожал плечами полковник.
– Правда, пришлось немного поднапрячься, ведь из морга ему удалось улизнуть. Но в письме Людмилы был указан номер его мобильного телефона, по нему мы его и обнаружили. Великая вещь – радиоволны, скажу я вам. До чего дошел прогресс, уму непостижимо!
– И что ему грозит?
– Надеюсь, что пожизненное, учитывая его прежний послужной список и тяжесть содеянного на данный момент."
"– Жаль, что у нас в стране мораторий на смертную казнь, – процедила Лера сквозь зубы.
– Иногда я тоже об этом жалею, – согласился с крестницей полковник.
– А Владлен?
– Этот тоже свое получит.
– А как поживают наши друзья из компании «Содружество-плюс»? – поинтересовалась Валерия.
– Живут себе потихоньку, – пожал полковник плечами. – Заведено уголовное дело по факту подделки документов с целью присвоения денежных средств, и так далее, и тому подобное. Сидят по домам с подпиской о невыезде до решения суда. Работа компании временно приостановлена, там идет интенсивная проверка.
Аудиторы работают с бухгалтерскими документами.
– И что им грозит?
– В лучшем случае штраф в немыслимо огромном размере, в худшем – лишение лицензии без права возобновления подобного рода деятельности.
– Маловато, конечно, но я и сама не знаю, как бы я поступила на их месте, если бы речь шла о двух миллионах долларов, – откровенно призналась Лера.
– Порядочность не должна измеряться деньгами, душа моя, – возразил Шаров.
– Я вас умоляю, Иван Петрович, – сморщила носик Анастасия.
– В наше время все измеряется именно деньгами. Хоть совесть, хоть стыд, хоть жизнь человека. Я их не оправдываю, но по большому счету виноват во всем Владлен. Если бы он не написал такого завуалированного заключения, им бы и в голову не пришло прикарманить деньги. Кто бы отказался, когда они сами в руки свалились? Вы бы отказались?
– Не знаю, – пожал плечами полковник. – Может, и нет.
– Вот видите, – обрадовалась Настя.
