– Вот и наращивай, я тебе куриный бульон готовлю, попробуй только не выпить его и не съесть курицу!
– Ты же знаешь, что я терпеть не могу курицу, – сморщилась девушка.
– Меня это не волнует, я доктору обещала, что буду следить за выполнением всех его рекомендаций, а он рекомендовал есть курицу и бульон три раза в неделю. И вообще, Валерия, лучше не спорь со мной, я в ужасно взвинченном состоянии, – прикрикнула на дочь Ирина Михайловна.
– Почему, мам, кто тебя так расстроил?
– И ты еще спрашиваешь?! – всплеснула женщина руками.
– Нет, вы только посмотрите на нее, люди добрые, она еще смеет спрашивать, кто меня расстроил! Ты, дочь моя, расстраиваешь меня!
– Чем это?
– Валерия, ты сама завела этот разговор, – заметила Ирина Михайловна. – Я не хотела его начинать, пока ты болела.
– Я тебя внимательно слушаю, – вздохнула девушка, догадываясь, о чем пойдет речь.
– Девочка моя, я всегда тебе говорила, что мне не нравится твоя работа, вернее, род твоей деятельности. Это совсем не женское дело – бегать за бандитами, находить трупы и самое главное – подвергать свою жизнь опасности.
Посмотри, до чего тебя довели эти гонки по пересеченной местности! Я уже немолода, у меня больное сердце, и я хочу остаток своих дней провести в относительном покое, без тревоги за свою единственную дочь.
– Мама-а-а, – простонала Лера. – Опять ты начинаешь?
– Не перебивай, когда с тобой разговаривает мать, – топнула ногой Ирина Михайловна. – Разве, занимаясь твоим воспитанием, я учила тебя непочтительно относиться к старшим?
– Нет, не учила.
– Тогда будь любезна слушать, что тебе говорят, и не пытайся спорить и уж тем более – перебивать.
– Хорошо, не буду спорить и уж тем более перебивать, – хмуро пообещала Лера. – Я тебя слушаю, мама.
– Итак, дочь моя, мы собрали семейный совет и решили… Ты должна закрыть свое детективное агентство и работать по специальности. Место юриста в очень крупной перспективной компании найдется, твой крестный отец посодействовал, уже договорился.
– И дядя Ваня туда же, – проворчала Лера.
– Надеюсь, ты по достоинству оценишь заботу своих родителей и близких друзей и примешь соответствующее, а главное – правильное решение, – не обращая внимания на ворчание дочери, продолжала говорить женщина.
– Мне прямо сейчас надо его принять? – прищурилась Лера, с трудом сдерживая негодование.
– Нет, дорогая, у тебя есть время подумать, – милостиво разрешила Ирина Михайловна. – До вечера.
