Попробуем?
— Что?
— Одолжим на лодочной станции плоскодонку и проверим, насколько быстро можно добраться до заповедника.
Мариана не успела ответить: у нее зазвонил мобильный. На экране высветилось имя племянницы.
— Зои? Всё в порядке?
— Ты где?
По напряженному, взволнованному тону Зои Мариана сразу поняла: что-то случилось.
— На территории колледжа. А ты?
— На занятиях у Клариссы. Только что приходили из полиции…
— Почему? Что стряслось?"
"Повисла пауза. Зои прерывисто вздохнула, пытаясь не расплакаться, и прошептала:
— То же самое… опять…
— Что ты имеешь в виду? — спросила Мариана и замерла в ожидании ответа, хотя уже догадалась, что произошло.
— Убийство, — пролепетала Зои. — Нашли еще одно тело.
Часть III
Требуется, чтобы хорошая фабула была скорее простой, а не «двойной», как некоторые говорят, и представляла переход не от несчастья к счастью, а наоборот, от счастья к несчастью, — переход не вследствие преступности, а вследствие большой ошибки человека.
Аристотель, «Поэтика»[5]1
Тело было найдено на самом краю заповедника «Пэрэдайз», на поле, которое еще со времен Средневековья использовалось как общинный выгон.
Жертву убийцы утром обнаружил местный фермер, пригнавший на выпас стадо коров.
Мариана заторопилась, понимая, что надо добраться до места преступления как можно скорее. Зои порывалась пойти с ней, но Мариана ей отказала: она твердо решила ограждать племянницу от любых потрясений, тем более от таких жестоких.
Раскрыв карту на телефоне, Фред включил навигатор, и они с Марианой отправились в путь.
Шагали молча вдоль реки, мимо университетских зданий и цветочных лугов. Вдыхая ароматы влажной земли и деревьев, Мариана словно вновь перенеслась в ту далекую осень, когда впервые прибыла в Восточную Англию, променяв греческую жару на тусклое серое небо и мокрую от дождя траву.
Мариана всегда восхищалась английскими сельскими пейзажами… вплоть до сегодняшнего дня. Теперь ее восхищение сменилось тошнотворным ужасом.
Поля, которые она так любила, тропинки, где бродили они с Себастьяном, — все эти места, вызывавшие раньше у Марианы самые счастливые воспоминания, отныне были осквернены смертью и кровью.
Через двадцать минут Фред жестом указал перед собой.
— Вон там.
Впереди простиралось поле, а вдоль проселочной дороги выстроились в ряд полицейские машины и передвижные телестанции.
Мариана и Фред поспешили туда и вскоре оказались около полицейского кордона.
