Поэтому супруги собрали продукты для пикника, сели в машину и отправились в путь по старой извилистой дороге. Постепенно она все сужалась и в итоге перешла в пыльную грунтовку, заваленную козьим пометом.
Там, на плоской вершине холма, и находился храм, построенный три тысячелетия назад из мрамора, некогда блестящего, а теперь тусклого, грязно-белого цвета. На синем небесном фоне вырисовывались очертания полуразрушенных колонн — все, что осталось от древнего святилища.
Здесь когда-то молились Деметре — богине плодородия и жизни — и ее дочери Персефоне — богине смерти.
Мать и дочь, жизнь и смерть, две стороны одной медали.
По-гречески Персефону часто называют просто Кора, что означает Дева.
Постелив голубое одеяло под раскидистым оливковым деревом — прекрасное место для пикника! — Мариана и Себастьян вытащили из сумки-холодильника бутылку вина «Совиньон блан», арбуз и кусочки солоноватого греческого сыра. Нож взять забыли, поэтому Себастьян просто расколол арбуз о камень, словно чей-то череп. Они с Марианой вгрызались в сочную, сладкую мякоть и выплевывали косточки.
Себастьян поцеловал Мариану липкими, перепачканными арбузным соком губами.
— Я люблю тебя, — шепнул он. — Мы вместе навсегда…
— …и на веки вечные, — договорила Мариана, чмокнув его в ответ.
После пикника они бродили по руинам храма. Наблюдая, как муж с детским восторгом торопится все осмотреть, Мариана шепотом молилась Деметре и Деве — за Себастьяна и за себя, за их любовь и совместное счастье.
Стоило молитве прозвучать, как неожиданно на Себастьяна пала тень от тучи.
При взгляде на его темный силуэт, выделяющийся на фоне голубого неба, Мариане отчего-то стало страшно. По телу пробежала дрожь.
Но через мгновение все прошло: снова засияло солнце, и Мариана позабыла о произошедшем.
Разумеется, позже она не раз об этом вспоминала.
На следующий день Себастьян поднялся на рассвете. Шепнул Мариане, что идет на пляж на утреннюю пробежку, поцеловал ее, надел старые зеленые кроссовки и был таков.
В ожидании мужа Мариана дремала, прислушиваясь к шуму ветра за окном.
Легкий бриз постепенно крепчал, набирая силу и скорость. Вскоре его ласковое пение сменилось яростным ревом. Оливковые деревья, заламывая ветви, забарабанили по стеклам, словно выводя сигнал тревоги.
Мариана гадала, насколько высоки волны и захочет ли Себастьян после пробежки по своему обыкновению искупаться. Но не беспокоилась. Себастьян был сильным, спортивным и отлично плавал. Она не сомневалась: с ним ничего не случится.
