– Ты будешь заниматься ее гибелью или нет?
– Нет, не буду, – отрезала Амалия. – Мне предложили быть помощницей репортера, который станет вести расследование под предлогом того, что собирается писать о деле Лантельм статью. Но я сразу же сказала заказчику, что ничьей помощницей быть не собираюсь. Или я веду расследование одна, так, как считаю нужным, или пусть делают что хотят. Заказчик сказал, что уже не может отказаться от услуг репортера, потому что выплатил ему аванс. На том мы и расстались. Думаю, в конечном итоге все к лучшему.
Работа в фонде помощи эмигрантам куда важнее выяснения обстоятельств того, почему некая актриса выпала из окна, из которого не должна была падать.
Горничная Даша заглянула в комнату и сообщила, что обед готов. Баронесса, Михаил, Александр, Ксения, дядюшка Казимир и Аделаида Станиславовна сели за стол. Женщины поддерживали оживленную беседу, но Александр молчал и хмурился. Михаил понял, что брат расстроен из-за того, что он ему рассказал об их петербургском особняке.
Незадолго до десерта в дверь позвонили, и вскоре немолодая горничная внесла визитную карточку.
– Мсье Луи Дюперрон. И с ним еще один господин по фамилии Пьер Видаль.
– Кто это? – удивилась Аделаида Станиславовна.
Но ее дочь уже поднялась из-за стола.
– Нехорошо заставлять людей ждать… Я поговорю с ними в гостиной и вернусь.
Она вышла. Александр повернулся, ища что-то взглядом.
– Миша, передай-ка мне «Пти Паризьен», – попросил он. – Там, на угловом столике.
Брат выполнил его просьбу, и Александр стал листать страницы.
– Ты что-то ищешь? – спросила Ксения.
– Да, – ответил брат. – Вот, пожалуйста. «Дюперрон и компания». Реклама на полстраницы в самой популярной газете страны должна недешево стоить. – Он сложил газеты и отдал их горничной, чтобы та вернула их на место.
– Думаешь, он и есть заказчик? – спросил Михаил.
– Семейная фирма с филиалами даже в Южной Америке, – ответил Александр. – Шоколадный король. Конечно, это он.
– Какой еще заказчик? – заинтересовалась Аделаида Станиславовна.
Но тут старая дама заметила, что Казимир тайком утащил из вазочки конфету, которые ему строго-настрого запретил доктор, швейцарское светило, и принялась громко отчитывать брата, как набедокурившего школьника.
– Я читал в какой-то статье, – промямлил Казимир в свое оправдание, – что сладкое полезно для мозга.
– Вот именно! – вскинулась Аделаида Станиславовна. – Зачем оно тебе?
Ксения, не удержавшись, фыркнула.
