Вместо этого он сосредотачивает свое внимание на чувствительных полушариях, спустив мою ночную рубашку ниже, ласкает их, вырывая из моего горла стоны.
— Тебе хорошо, малышка?
— Невероятно…
Тагир наклоняется вперед, втягивает сосок в рот, и я вскрикиваю, ощутив резкий прилив желания. Все тело ломает от потребности в большем. Он такой уверенный в себе, горячий, мощный. Его сила заставляет мое сердце колотиться, а кровь бурлить, испепеляя вены. Смотрю в мужественное лицо, искаженное страстью, и меня пронзает сладостная дрожь, охватывает первобытный инстинкт, настолько сильный, что ему невозможно сопротивляться.
— Я люблю тебя, девочка. Безумно люблю, — Тагир добавляет что-то на своем языке. Это звучит невероятно интимно. Кровь еще сильнее закипает от желания. Не могу ответить ему сейчас, горло перехватил спазм. Но мысленно произношу что-то вроде молитвы. Благодарности Богу за то, что подарил мне наивысшее счастье. Любимого. Теперь, я точно знаю, что именно этот мужчина мой суженный, мой единственный.
Предназначенный судьбой.
Я создана только для него, для него одного.
Начинаю покрывать грудь Тагира легкими поцелуями. Впервые не только позволяю его страсти обрушиваться на меня, а хочу давать ее в ответ. Меня охватывает эйфория, когда понимаю, что дыхание Тагира становится учащенным, прерывистым. Он отстраняется от меня всего на секунду, чтобы сорвать мешающую ночнушку. Жадно оглядывает горящим взглядом мое обнаженное тело. Касается живота, пока еще плоского.
Но скоро он начнет расти, не могу дождаться этого момента. Буду ли тогда привлекательной для любимого? Пока отодвигаю этот вопрос. Сейчас не до этого, особенно когда Тагир проводит пальцами вверх, по ребрам, груди, по соскам, которые сейчас запредельно чувствительны. Меня буквально током от этого прикосновения бьет, подаюсь назад, выгибаюсь, подставляя соски его ладоням, предлагая себя. Умоляя о большем.
Тагир опускает голову, сжимает губами болезненно напряженный сосок, одной рукой удерживая меня за талию, а второй лаская другое полушарие, даря невероятное наслаждение.
Снова и снова со стоном ловлю ртом воздух, пока Тагир ненасытно ласкает мои груди. Спазмы сладчайшей муки пронзают все тело до кончиков пальцев.
Тагир чуть отстраняется и оглядывает меня, в его взгляде восхищение, и это еще сильнее сводит меня с ума. Пытаюсь оценить, что он видит — полураздетая, дрожащая, готовая уступить любым его желаниям.
