Или, возможно, они хотят узнать кто незаконно сдает жилплощадь, не платя налоги. Как могу успокаиваю себя этими вариантами, а сердце все равно колотится так, что вот-вот выскочит из груди. Но все равно паникую. Я настолько испугана — пошевелиться не могу. Молюсь, чтобы ушли. Перенесли свое внимание на другую дверь. Если они всех опрашивают… Но они лишь громче начинают долбиться в мою.
Собираюсь с силами и открываю. Мне сразу тычут в лицо какими-то корочками, что-то говорят. Зачитывают права? Боже, я как в американском сериале.
Может это продолжается сон, я так и не проснулась?
— Простите, я ничего не понимаю. Наверное, это ошибка, — бормочу неуверенно.
— Там разберутся, проедешь с нами.
— Мне надо собраться…
— Все потом, девушка, вы что думаете, мы вас ждать будем?
Трое полицейских ведут меня вниз, лифт доме часто не работает и сегодня как раз такой день.
Некоторые двери приоткрыты, соседи подглядывают. Это мучительно стыдно.
Я ничего не понимаю. Так ошарашена, что в голову не приходит адвокату позвонить.
Или маме. Все же надеюсь это просто допрос, что меня отпустят.
* * *Следственный изолятор, провожу ночь в камере, в одиночестве. Хоть в этом повезло. Утром разрешили один звонок, и я набираю брату. Маме не смогу сказать, что я опять в тюрьме. Язык не повернется…
— Стась, ты что, как опять забрали? А что адвокат говорит? — Саша жутко волнуется, его голос дрожит.
— Мне ничего не объясняют… Разрешили один звонок, и я набрала тебе, — всхлипываю.
— Ты в своем уме? Хочешь сказать, что Волконский вообще не в курсе? Стась, разве можно так?
— У меня один звонок… — голос дрожит, чувствую себя ужасной дурой.
Саша прав. Надо было первым делом Юрию Дмитриевичу дать знать о происходящем. Но мне хотелось услышать родной голос.
— Ладно, только не плачь, сестренка, — торопливо говорит Саша. — Я сам адвокату наберу. Пришлю его к тебе как можно скорее, и сам приеду. Тебе что-нибудь надо?"
"— Да… но я не знаю, может меня сейчас отпустят? — произношу с надеждой.
— Было бы хорошо. Но зачем тогда звонок дали? Если выпустить собираются… Конечно, они тебе про адвоката не напомнили, сволочи.
Ты что-то говорила им? Был допрос?
— Нет… не было.
— Черт…Бл*дь… — Саша матерится, заметно, что нервничает все сильнее.
— Маме не говори пока, — давлю в себе рыдание. — Может обойдется… Может просто допросить решили…
— И заставили в камере переночевать? Нет, значит открылись новые факты.
— Какие? Какие могут быть факты? — снова всхлипываю, меня душат рыдания.
