Я ожидаю увидеть растекшуюся тушь, но на моем лице нет косметики, только нижняя губа чересчур красная.
— Успокоилась?
Я перевожу взгляд на мужчину. Высоченный, накачанный. Шею двумя ладонями не обхвачу. Лет двадцать восемь — тридцать, соломенный блондин с яркими зелеными глазами. Щетину тянет потрогать рукой.
А еще, из-за того, что я так и стою, ухватившись за него руками, он весь мокрый и стоит в луже ледяной воды.
Слегка заторможено киваю. Он вырубает воду, и начинает снимать с меня футболку, потом стаскивает хлюпающие кроссовки, расстегивает и с трудом сдирает с меня сырые джинсы.
Когда на мне не остается ничего, я запоздало прикрываюсь руками. Незнакомец хмыкает, заворачивает в огромное полотенце, а затем, как куль, перекидывает через плечо и куда-то несет.
Сгружает он меня на кухне в стоящее в углу уютное кресло с «ушками». А сам отправляется что-то магичить в зоне приготовления еды. Кухня большая, светлая и стерильно чистая. Но глаз выхватывает пару деталей, сообщающих, что кухней все-таки пользуются.
Вроде яркой кружки, смешной пепельницы и впечатляющего ряда специй.
Спаситель возвращается с чашкой чая. Почему-то мне хочется попить из той, которая скорее всего хозяйская, но мне предлагают фарфоровую чашечку. Я принимаю ее подрагивающими руками.
— И чего ты такая проблемная? — вопрошает викинг.
Я чувствую себя вялой. Что он мне вколол? Успокоительное, наверно. Я сначала неопределенно пожимаю плечами, а потом мотаю головой в ответ на его вопрос.
— Рассказывай.
Я с шумом отхлебываю горячий чай, недолго размышляю и выкладываю ему все, как было.
— То есть ты хочешь сказать, — выслушав меня, недобро щурится он. — Что ты отправилась на известную всему городу своими еблями вечеринку к Камолову-младшему, а когда он обратил на тебя внимание, ты решила брыкануть? И сломала ему нос, когда он ширинку расстегнул? Ты, что? Цену себе набивала?
Полноценно возмутиться сейчас у меня нет сил, но глазами я пытаюсь передать всю глубину своего гнева.
— Да не знала я ничего про это! Мне это не надо!
В этом месте викинг недоверчиво хмыкает.
— Я правду говорю: я вообще еще ни разу… — в этом месте я стушевалась.
— Ну-ну, заканчивай заливать. Вчера ночью, тебе было ой как надо! И стонала ты будь здоров!
Глава 4. Помощь по-соседски
Я неверяще смотрю на него широко раскрытыми глазами.
Хочется возразить, но в памяти всплывают новые обрывки воспоминаний.
