– Ты почему не помыла посуду?
– А надо было?
От гнева я так швырнула щеточку в раковину, что любимая темно-синяя кружка Сережи, жалобно тренькнув, развалилась на части. Ну вот, теперь он будет весь вечер злиться, обнаружив осколки.
– Ты же целый день была дома, ну неужели трудно ополоснуть тарелки!
– Мне плохо, – тихим голосом пробормотала Валя, оседая на стул, – мне очень плохо, желудок болит, и в глазах темно, пожалуйста, принесите с тумбочки таблетки, розовенькие такие, в пузырьке.
Вот актриса! Хочет оправдать лень болезнью.
В спальню я все же сходила и обнаружила на столе не только предписанные Катей снадобья, но и кучу бумажек от шоколадных конфет, цветные фантики валялись и на одеяле. Там же лежала испачканная книжка «Кошмар в подворотне».
«Спокойствие, только спокойствие, – пробормотала я про себя, – раз, два, три, четыре, главное, не сорваться…»
Но, сунув томно вздыхающей Валентине лекарство, я все же не удержалась и отвела душу.
– Разве можно есть такое количество сладкого! Да еще если не слишком хорошо себя чувствуешь! Здоровый человек и тот в больницу загремит, если килограмм «Мишек» сожрет.
– Да, – покорно согласилась Тина, – вы абсолютно правы, не понимаю, как это вышло, зачиталась, наверное.
Я отвернулась к мойке и принялась яростно мыть тарелки.
После ужина, часов в десять, Катя объявила:
– Все, завтра в девять подписываем документы.
– Какие? – удивилась Юлечка.
– Договор купли-продажи.
– Уже? – выкрикнули мы все в голос.
– А чего тянуть? – пожала плечами Катерина.
– Вся цепочка готова, бумаги собраны.
– Как-то впопыхах получается, – забормотал Сережка, – серьезные дела с наскока не делаются.
– Надо успеть до Нового года, – пояснила Катя.
– Почему? – изумилась Юля.
– Не знаю, так говорят в агентстве, – отмахнулась подруга, – да еще Евгения Николаевна боится, что в начале января о строительстве дороги объявят вслух, и мы останемся на бобах. Ну кто поедет в квартиру возле надземки!
– Получается, мы обманываем тех, кто сюда въедет, – встрял в разговор Кирюшка.
Повисло молчание. Наконец Юлечка нашлась:
– Ну мы не на прямую меняемся. Сюда въедут те, кто в самом конце цепочки.
– Наверное, и впрямь не слишком хорошо, – забормотала Катя.
– Слышь, мамуля, – быстренько поинтересовался Сережка, – а как завтра все будет происходить? И потом, если мы квартиру покупаем, то где деньги?
– Мы же одновременно и продаем, – пояснила Катя, – там вообще ни у кого нет денег.
– Как это? – изумилась я.
