Крупными, высокими и узкими буквами девица заполняла стандартный бланк. «Настоящая справка выдана Елизаровой А. Н. в том, что она находилась на лечение в больнице 1754».
Я почувствовала страшную дрожь в руках. Я уже видела подобный документ, заполненный этим почерком, даже с той же грамматической ошибкой.
– И, – сказала я, – и.
– Что? – подняла глаза девица.
– Находилась на лечении, а не на лечение, – объяснила я. – Другой падеж.
– Грамотные все, – обозлилась медсестра и рявкнула: – Ну чего сидите над душой? Все равно обезболивающее только по распоряжению врача.
– Мне не нужен укол.
– Судно нянька приносит, – злобилась девчонка, елозя ручкой по бумаге, – а ежели давление мерить, то ждите, покуда дела доделаю. Сунут шоколадку в карман и думают, купили на весь день.
Я подождала, пока она успокоится и тихо сказала:
– Ни укола, ни судна, ни давления – ничего не надо.
– В чем дело тогда? – искренне удивилась сестра.
– Ответьте на маленький вопрос!
– Ну?
– Зачем вы послали родственникам Ксении Фединой дурацкую справку о ее кончине?
– Я не пишу подобных документов, – отрезала девчонка.
– Однако в тот раз сделали исключение из правил.
– Слушайте, кто вы такая, в конце концов?
– Майор Романова из уголовного розыска.
Девчонка сравнялась цветом со своим халатом и пробормотала:
– Очень приятно, меня Зоей зовут.
– Так вот, Зоинька, – ласковым тоном завела я, – отпираться глупо. Про графологическую экспертизу слышала?
– Про что? – шепнула Зоя.
Я вздохнула. А еще некоторые люди считают чтение детективных романов пустой тратой времени.
Да почти все мои познания из данной литературы.
– Возьмут, Зоинька, образец вашего почерка и сравнят со справкой…"
"– А я ее все равно не писала, – упиралась девчонка.
– Ну, говорить ты можешь что угодно, – усмехнулась я, – только для суда заключение эксперта – документ. Поглядят и скажут: «Давайте…» Как, кстати, твоя фамилия?
– Шарова, – помертвевшими губами сообщила медсестра.
– Так и скажут: «Давайте, Шарова, не врите».
– Меня судить будут?
– Конечно, – заверила я, – подделка справок карается законом.
Только сначала в сизо сволокут и следствие заведут. Года полтора в камере просидишь, а там плохо. Воздуха никакого, свет ночью не выключают, и вода в туалете бежит с ревом.
– Почему?
– Не знаю, но в тюрьме бачков нет.
– Господи, – затряслась Зоя, – что делать? Вы меня арестуете?
– Нет, если честно расскажешь, зачем писала справку.
– Подруге помочь хотела.
– Какой?
– Наде Феоктистовой.
