– То-то и оно, – вздохнула Аня, – это совершенно невозможная вещь. Во-первых, в те дни Светка просто сдвинулась на религии и никогда бы не взяла даже чужой газеты. У нее было сильно развито понятие греха, потом, честно говоря, она всегда считала марки дурацкой забавой, ничего не стоящим увлечением, пустой тратой денег, она ничего не понимала в филателии, абсолютно!
– Как же это можно было осуществить практически?
Аня опять вздохнула.
– Просто фантастика, детективный роман! Я пыталась говорить с Федором, вразумить его, но толку чуть! Он орал как ненормальный – либо Света отдает драгоценные марки, либо мало ей не покажется!
– Да когда же она, по его мнению, совершила кражу?
– Он утверждал, будто в тот день, когда собирала его вещи в чемоданы.
Кляссеры с коллекцией он держал в сейфе, но Светка знала комбинацию, и ключи Федор не прятал. Барахло ему привезли в офис, а альбомы он временно оставил у Светы, забрал только через неделю и проверять не стал. Потом закрутился и не слишком любовался на коллекцию.
Так, иногда распахнет альбомчик, кинет взгляд, и все. Да еще появились новые приобретения, он старые не слишком изучал.
А год тому назад он поехал на филателистическую выставку в Испанию, стал там хвастаться коллекцией, а ему и говорят:
«Простите, сэр, но вот эти два экземпляра фальшивые. Отлично сделаны, не отличить от настоящих, но это подделка»."
"Федор чуть сознание не потерял. Он, когда марки покупал, всегда с собой эксперта брал и доскональную проверку устраивал. Так что он точно знал – в коллекции только подлинники.
Причем в Испании ему объяснили, что подделки сделали при помощи компьютера и в руках у мошенника обязательно должны были быть оригиналы. Вот тут-то Федора и осенило! Подмену осуществила Света.
Бурлевский вернулся в Москву и потребовал от жены вернуть марки. Та, как могла, объясняла, что ничего не брала, но Федор не верил.
– Один раз, – грустно рассказывала Аня, – он пошел на преступление. Нанял, очевидно, каких-то бандитов. Те взломали в отсутствие Светы дверь и учинили обыск, но какой! Разломали все, что можно, разодрали книги и письма, высыпали на пол крупы, сахар и соль, порезали на куски мыло, вылили шампунь и разобрали электроприборы.
Света вызвала милицию, но воров так и не нашли.
– И что, Бурлевский отвязался от жены?
– Куда там, – махнула рукой Аня, – прямо ненормальный, звонил и требовал марки до самого последнего дня. Небось и после ее смерти не успокоился… Ясное дело, марки подменил кто-то другой.
