– А это точно не акклиматизация или еще что? – Грудину сдавило от счастья.
– Боюсь, климат ни при чем. – Варя отрицательно качнула головой и поцеловала меня в щеку.
– Мы же предохранялись… Я всего один раз… Здесь, на свадьбе Генриховны…
Как сейчас, я вспомнил тот свой порыв. Сам не знал, что нашло. Вело от моей русалки так, что еле дождался ночи.
С первой звездой утянул Варю в наш прежний дешевый номер. Думал, умру, если не возьму ее. Чуть не раздел у стены в коридоре. А теперь…
– Мать островов! Нас ведь предупреждали.
– Она густо покраснела. – Молись, чтобы не было двойни.
Эта фантастическая женщина снова прыснула, только на этот раз уже открыто, не останавливаясь. Громко настолько, что в нашу сторону начали поворачиваться дети, бабка… А из каюты дальней яхты выбрался Магницкий и с коробкой в руках двинулся к шезлонгам.
– Родная моя… – Усидеть на месте было невозможно.
Не замечая никого вокруг, я подхватил свою русалку на руки. Поднялся вместе с ней. И закружил это сокровище так быстро, будто во мне торнадо проснулся.
Никогда в жизни не чувствовал себя таким счастливым. Даже когда первый раз признался ей в любви. Даже во Дворце бракосочетаний, когда ставил подпись в новом свидетельстве о браке. Даже во время нашего короткого медового месяца.
Штормило от нахлынувших чувств. Голова шла кругом. Хотелось и смеяться, и кричать, и целовать мою потрясающую женщину.
Если бы никого не было рядом, наверное, и зацеловал бы. Но стоило остановиться, нас тут же окружили свидетели.
– Что случилось? – хором спросили дети.
– Даже представить боюсь… – вскинув брови, произнесла бабка.
– Еще один наследник?! – Глаза деда вспыхнули, а уголки губ растянулись в стороны.
Возможно, стоило всех их помучить. Но на радостях правда сама рвалась из груди.
– Наследник. – Я поставил Варю на землю и крепко обнял. – Количество пока не знаем.
Я засиял, ожидая взрыва поздравлений. Наше приемное старшее поколение хоть и изображало из себя независимость, души не чаяло в детях.
Старички надышаться не могли ни на Дарью, ни на Кондратия.
Однако, будто знала все еще до зачатия, вместо поздравления Аделаида Генриховна повернулась к Магницкому и потрясла указательным пальцем.
– Я же тебе говорила! Не готовь пока завещание! – совершенно буднично произнесла она. – Эти кролики в самом начале пути. Замучаешься правки вносить.
– Но я… – Дед почесал бороду. Потом хмыкнул.
