– Но, может быть, организовать все чуть позже?
– Да, попозже! Сейчас там целая тараканья ферма. Бабушка сильно занята! – Я согласно кивнул. И пока дети не потребовали теть, дядь и ораву двоюродных бандитов, внес ясность в еще один вопрос. – Имейте в виду, дедушки в комплекте нет! Совсем нет!
– Уже давно! – подтвердила Варя.
– И заниматься воскрешением мы не станем! – глядя в глаза малышам, добавил я на всякий случай.
После такого двойня должна была успокоиться. Никто с ними не спорил и не отказывал в просьбе. Бредом вроде бы тоже не пахло.
Но будто услышали какую-то ерунду, Даша и Кондрат, совсем как мы с Варей, переглянулись. И, словно у нас тоже тараканы, махнули руками.
Выглядело это настолько знакомо и по-старушечьи, что я чуть не поперхнулся воздухом. Для полноты картины не хватало лишь скрипучего: «Ну что с вас взять?», «Ладно уж, убогие!» и снисходительного взгляда сквозь ресницы.
Наверное почувствовав что-то похожее, Варя тоже поежилась. Я заметил, как она прячет улыбку. Но, борясь с внезапным приступом мазохизма, уточнять ничего не стал.
Вместо лишних разговоров постарался забыть о своем дежавю. Как только Войтенков устроил детям урок плавания, утянул русалку в кабинет. И провел нам обоим сеанс психотерапии на диване.
За ужином тоже старался не присматриваться к лишнему стулу с противоположной стороны стола. «Мало ли кто на нем сидел!» – останавливал собственные мысли. «Стул. Просто стул!» – упорно стирал из памяти все воспоминания о Генриховне.
Однако после ужина меня будто кто-то сглазил.
– Вот же ненормальная!
Войтенков, который из няня снова превратился в охранника, швырнул мобильный телефон на диван и устало плюхнулся рядом.
– У нас остался еще кто-то ненормальный? Вроде со всеми разобрались. – Я разместился в кресле напротив.
Дети уже уснули. Варя эгоистично выперла меня из ванной комнаты. Так что оставалось лишь ждать и убивать время.
– Да Яга эта… Генриховна!
Дальше даже спрашивать не стоило! Вот не стоило, и все! А Валеру с его новостями надо было отослать подальше.
Собаку разбудить. Или пыль на камерах протереть.
– Представляете, юрист наш… шпион-самоучка, квартиру для бабки выбил. Племянников выселил! А она ни в какую возвращаться не хочет.
– Не понял!
Я уже немного привык к причудам Аделаиды Генриховны, только это было чем-то новеньким. Обычно бабка своего не упускала.
– Вот и я не понял! – Войтенков пожал плечами. – Белов ей лично сообщил. Даже предложил помочь с переездом из дома престарелых.
