Со смиренным удовольствием дожевала последнюю галету, хорошенько выспалась напоследок, уже в четвертый раз дочитала неинтересный детектив и пошла наверх. Глаза отвыкли от естественного света, а я оказалась в самом центре пасмурного августовского полдня и некоторое время щурилась и улыбалась, ничего не видя вокруг себя. Интересно, а если я прямо сейчас сверну в таежный лес, то выиграю себе еще пару дней жизни? А зачем выигрывать еще пару дней такой жизни? Я устала и вымоталась – я хотела просто перемотать на титры и чтобы от меня наконец-то все отстали.
Зачем вообще пряталась, если исход один?
Арестовали меня сразу на выходе в Вахарну. Не иначе, контролировали все порталы. Я даже не поняла, какой отряд меня конвоировал. Судилище организовали очень быстро – как и в прошлый раз, магикопы не тянули с разбирательствами, если в деле уже все понятно. Тем не менее никакой жестокости ко мне не проявляли: в управлении накормили, отправили в душ и выдали чистую одежду. Но со стороны я несколько раз слышала слово «сирена».
Какая же я все-таки молодец! Еще недавно об этой расе знали только ученые и пожилые преподаватели, а я ввела это слово в вахарнийскую сверхлингву, как какой-нибудь чертов просветитель.
Через пару часов меня повели на судилище. Я только поражалась иронии жизни: как она все-таки легко меняет местами обвинителя и обвиняемого. Раньше я стояла на том месте, куда вызывают свидетелей, и искоса поглядывала на скамью подсудимых. Но так даже удобнее – обзор шире.
Существ в зале собралось столько, что впору было загордиться.
Не каждый день сверхполиция обвиняет одного из своих. Кроме членов Совета и Феникса, собрались буквально все отряды и даже обслуживающий персонал. По моему делу свидетелей было много – и правила обязывают выслушать каждого. Я рассмотрела бледную Маринку, которая, не скрываясь, рыдала, а рядом с ней сидел Николас – оборотень безуспешно пытался ее успокоить, но от меня прятал взгляд.
Диминик почти угадал – обо мне в управление сообщили сразу ректор Ришар и магистр Веллес.
Им нужна была лишь маленькая подсказка, чтобы подтолкнуть мысли в верном направлении. В этом тоже была своя ирония: когда-то именно им я честно обо всем рассказала, но заставила забыть. Мир сделал большой круг и вернулся в ту же точку.
Речь Диминика Эйма, все еще командира моего отряда, была не так красноречива как обычно. Инкуб давил только на то, что я сама не знала о своей расе и считала себя ведьмой, потому в обмане меня обвинять бессмысленно.
