Один из них задерживает на мне взгляд, я отворачиваюсь, иду прямо к Михаилу.
Если еще полминуты назад он сидел в расслабленной позе, лицо было почти спокойным, теперь весь подобрался, смотрит на меня хмуро, а на официанта и подавно.
Тем не менее сразу подскакивает, отодвигает для меня стул. Ненароком касается руки, я вздрагиваю, слегка отстраняюсь. Он от этого еще больше хмурится, усаживается обратно, обращается к официанту:
— Нам два стейка средней прожарки и овощи на гарнир, девушке свежевыжатый апельсиновый сок!
Вот так просто он забрал у меня право выбрать, что я хочу на ужин, и хочу ли я вообще ужинать в его компании.
Я сначала открыла рот, чтобы поспорить, но быстро закрыла. Сегодня у меня цель круче, чем отстаивание права выбора еды на ужин.
Михаил меж тем делается все мрачнее:
— Аль, обязательно было так одеваться? — спрашивает он, прищурившись.
Оглядываю себя, пытаясь понять, что же ему не понравилось. Очень скоро понимаю — джинсы в обтяжку и свитер с небольшим вырезом, то есть всё. А про дресс-код-то я и забыла… Честно говоря, нет у меня больше одежды, которая бы подходила под предпочтения Потапова.
Всё слишком яркое, открытое, или фасон ну очень неподходящий.
— Что тебе не нравится? — спрашиваю аккуратно.
— У тебя видно ложбинку между грудями!
Ну да, спорить не буду, ложбинку видно, точнее самую верхушечку. Это ж и не ложбинка даже, а так, ложбиночка.
— Всё, о чем я думаю, глядя на тебя в такой одежде, — это как бы побыстрее засунуть руки тебе в лифчик и трусы. Я уверен, компания за дальним столиком думает о том же самом, и уж тем более официант! Мне неприятно, когда другие обращают на тебя внимание подобного рода! Я ясно объяснил, что мне не нравится?
«Да е-мое… Надо же, пара мужиков посмотрела в мою сторону… У Потапова сейчас инфаркт случится!»
Почему-то это его замечание мне кажется гораздо обиднее, чем заказ блюда, которое я не хочу.
Можно смолчать, но нужно ли? Молчать мне адски надоело. Ну, держись, Мишутка!
— Посмотри на меня! — требую.
Встаю, кручусь перед ним и так и этак.
— Нигде таблички «Собственность Михаила Потапова» не видишь? Нет? Ну и нефиг тогда наезжать, что я как-то не так оделась, ясно тебе?"
"Он резко закашливается. Смотрит на меня так, будто моя кожа враз посинела или приобрела другой экзотический оттенок.
— Аля, я не вижу причин для столь агрессивного ответа!
— Зато я вижу! И кстати, другому человеку может быть обидно, если ты критикуешь его одежду, если она на твой взгляд какая-то не такая.
