За такое раньше мне хотелось вымыть ей рот с мылом, а сейчас уже без разницы. Бывшая жена не может стать мне более отвратительной, чем уже есть.
Рита влетает в гостиную с выпученными глазами. В руках телефон, должно быть, собиралась вызывать полицию. Видит меня и замирает.
— Трубку положи! — командую тихим, зловещим тоном.
Она несколько раз моргает, прижав телефон к груди, потом медленно убирает его в карман.
— Да ты проходи, не стесняйся.
Присаживайся!
Я указываю на стул.
— Ознакомься с тем, что я для тебя подготовил!"
"Подгоняю ее к столу взмахом пистолета. Мне противно к ней прикасаться, поэтому взял оружие. Стрелять, конечно, не буду, но она-то об этом не знает. А учитывая, как начудила, совсем не исключает такой возможности.
Рита нервно икает, миллиметровыми шагами все-таки приближается к столу, спрашивает визгливо:
— Что это?
— Дарственная.
— Какая такая дарственная? — продолжает пищать она.
— Обычная, на эту квартиру!
Мой юрист подготовил все необходимые документы. Не хватает только автографа владелицы.
— Садись и подписывай! — приказываю строго.
Бывшая жена смотрит то на меня, то на пистолет с глушителем, то на документы.
Видимо, решает, чего боится больше. И вдруг падает к моим ногам с визгом:
— Михаил, пожалуйста, не надо!
Я брезгливо отшвыриваю ее от себя, чеканю сквозь зубы:
— Твой дружок лишился пальца. Если не подпишешь документы, лишишься коленки!
Она охает, отползает от меня, словно я резко заболел чумой, и начинает слезо-визго-представление:
— У меня же, кроме этой квартиры, ничего нет! Мне же пойти больше некуда! Ну ты что, ну не забирай! Ты же мне ее подарил!.
.
Мне даже интересно, она действительно надеется вызвать во мне жалость?
— Даже спустя годы после развода ты умудрилась оттяпать у меня самое ценное! И за это ты лишишься того, что сама ценишь больше всего!
— Я не имею отношения к похищению твоей курицы! Я ее и пальцем не трогала!
— Ты забрала у меня время! — рычу я на полной громкости.
