— Ответил мне академик и с улыбкой добавил — Тогда ширина его палубы может достигать и семисот метров, но, как ты сам понимаешь, это будут не авианосцы, а плавучие заводы, которые мы отгоним в Россию.
Вот теперь мне стало всё понятно. Мои друзья просто не решались отдать приказ на строительство сверхбольших судов. Они решили переложить всю ответственность на меня и я, видя, что они замерли в ожидании, весёлым голосом воскликнул:
— Ребята, так в чём дело? Стройте самые большие суда, какие только сможете втиснуть в свои доки! И вот что ещё, делайте их однотипными и стройте с таким расчётом, чтобы отслужив своё, как военные, они превратились в супертанкеры и рудовозы.
Вы же будете строить их с теми английскими гидрореактивными двигателями?
Обрадованные судостроители тут же бросились обнимать меня и один из них, тряся меня за плечи, чуть ли не прокричал сзади:
— Разумеется, Серёга! Зачем нам мучиться с винтами, когда мы можем оснащать наши суда куда более мощными приводами.
У моих друзей уже всё было готово и через несколько минут в зал вкатили столы, на которых стояли макеты как раз именно таких судов, о которых я говорил.
Это были авианосцы-тримараны, которые несли на себе аэродром длиной в тысячу двести и шириной в шестьсот метров, а также сдвоенные, шестикорпусные тримараны. На них стояла ""площадка"" шириной в семьсот метров и длиной в два километра двести метров, над которой возвышался здоровенный заводской корпус, а точнее целый завод, но это суперсудно предназначалось для проводки в Чёрное море.
На Балтику поплывут заводы размером полтора на три с половиной километра. Впоследствии, когда эти заводы насытят российскую армию самым современным оружием и военной техникой, они будут разобраны и перевезены на берег, а освободившиеся суда станут плавать по всем морям и океанам.
Только после этого мне, наконец, показали, каким будет огромный подводный катамаран, с борта которого наши подводники будут поднимать со дна моря сокровища. Правда, теперь уже с помощью телеуправляемых роботов.
Меня поразили его размеры. Длина двести семьдесят метров, ширина двести десять, а диаметр двух сигар, соединённых массивной перемычкой — пятьдесят. При это его рубка имела в высоту целых шестьдесят пять метров, а перископ и шноркель могли выдвинуться на высоту в сто двадцать. Как мне сразу сказали, идя в море не перископной глубине, этому подводному крейсеру даже в самый сильный шторм не будет страшна никакая качка.
