Еще чего не хватало! Баб что ли мало? Но уязвимость в ее взгляде все же полоснула по внутренностям. Задела за живое и болезненно отозвалась где-то за ребрами. Там, где должно быть сердце. Не нравится мне это, надо выкинуть из головы подобную ересь, как можно быстрее.
Работа всегда помогает лучше всего. Захлопываю крышку ноута и иду собираться. Чистая, отглаженная рубашка из химчистки приятно ложится на кожу, доставляя мимолетное удовольствие. Заправляю в темные джинсы и мельком ловлю отражение. Прохожусь расческой по волосам и добавляю немного любимого парфюма.
На плечи надеваю кобуру, а на запястье котлы. Раскидываю по карманам необходимые мелочи и выхожу из квартиры.
Пока грею тачку, нервно барабаню пальцами по рулю. Не спокойно мне что-то, но откуда прилетит пока не ясно. Единственное — чуйка меня никогда не подводит, и я привык ей доверять.
Трогаюсь с места и выезжаю со двора. Телефон, как по команде оживает. Смотрю на дисплей — Леночка. Непробиваемая.
— Майор Марьянин у аппарата, — ставлю на громкую и вешаю телефон на приборную панель.
— Максим Олегович, — подчеркнуто официально. — Вы скоро появитесь в отделе?
Закатываю глаза. Детский сад какой-то. Взрослая же баба и все туда же.
— И вам доброе утро, Елена Юрьевна, — расплываюсь в жесткой усмешке.
— Мне срочно нужно сделать отчет по делу, что вы вчера смотрели… — выкручивает она руки. — Вы же опросили свидетелей?
Прекрасно знает, что нет. Мы не всесильны. Поистине бабская месть — это что-то невероятное.
Как я умудрился во все это вляпаться? Надо как-то выправлять ситуацию.
— Как раз этим и занимаемся.
— Закончите — принесите.
— Конечно.
Сбрасываю звонок и шумно выдыхаю. Оборзела что ли совсем? Тоже нашла мне мальчика на побегушках. Надо тебе, сама придешь.
В отделе непривычно оживленно. У кабинета следаков целая очередь из терпил собралась. Стас рвет и мечет, а у меня прям настроение поднимается. Ну просто охрененное утро. У соседа корова сдохла — мелочь, но приятно.
Прохожу мимо своего кабинета сразу к операм. Надо же их тоже взбодрить и загрузить работой. Вхожу без стука и окидываю этих распиздяев взглядом. Все здесь. В полном составе. Замолкают, как только видят меня. Парни подходят, здороваются, а Иванна старательно делает вид, что меня не существует. Напрасно. Я очень даже существую.
— Чего сидим? Работы нет? — беру первый попавшийся стул, сажусь верхом и облокачиваюсь на спинку перед собой.
