Я прошла мимо, села за последнюю парту, достала учебники и уткнулась в них носом. Что мне до них? Что мне до всего этого?
Конец воспоминаний, продолжение сегодняшнего дня
Иду и по-прежнему такое чувство, что кто-то пялится в затылок. Не выдерживаю и резко оборачиваюсь.
Королев.
Значит, не показалось, это и правда он смотрит. Но почему? Зачем ему? Он же только что сливался с Абрамовой в жарких объятиях. Чуть ли не целовался у всех на глазах.
Впрочем, может он по своим делам идет, а я тут ни при чем?
Отворачиваюсь и снова шагаю по проспекту.
Единственный плюс этой элитной школы в том, что она расположена всего в двух кварталах от детского дома, куда поместили Марусю. Рукой подать, можно пешком дойти, что я и делаю.
Слышу за собой быстрые шаги и резко оборачиваюсь.
ОН СТОИТ ПРЯМО ЗА СПИНОЙ. У меня душа уходит в пятки.
— Королев, ты что, преследуешь? Что тебе нужно?
Глава 4
— Королев, ты что, преследуешь? Что тебе нужно?
Его красивое лицо кривится от моих слов.
— Преследую, тебя, Савельева? Помечтай.
— Тогда зачем идешь за мной?
— За тобой?
Неподдельное изумление от моих слов заставляет усомниться в своем предположении.
Может, мне и правда показалось только, что преследует? В это ведь сложно поверить.
Что этому стильному мажору может понадобиться от такой, как я?
Еще раз оглядываю парня.
Рукава белоснежной, брендовой рубашки нарочито небрежно закатаны до локтей, на запястье болтаются дорогие часы, по всему также самой крутой марки.
Все, начиная от уложенной волосок к волоску прически, и заканчивая начищенными до блеска туфлями, кричит о высоком статусе владельца.
Тут же с тоской вспоминаю про свои волосы.
От нервов и недоедания они здорово потускнели и начали лезть, так что пришлось срезать косу, что тянулась вдоль позвоночника и доходила аж до середины бедер. Сейчас моя длина — до плеч, а волосы собираю в обычный конский хвост. Привыкла.
Маме нравилась моя коса и она не уставала ей восхищаться, поэтому носила. Но мамы больше нет, а значит и нет смысла жалеть.
— Куда так спешишь, Савельева?
Вопрос мажора выводит из задумчивости, и я возвращаюсь к реальности.
— По делам.
— Какие могут быть дела у такой, как ты?
— У какой — такой? Бедной, ты хочешь сказать? Или какой? Ну, Королев, давай, высказывайся. Мало мне, что твои дружки вечно поливают грязью, так тебе этого недостаточно? Хочется еще прибавить?
Он стоит и смотрит на меня. Молчит. Желваки ходят ходуном. Только меня уже несет.
