Прохожие достают зонты или бегут прятаться под навесы, но мне плевать. Позволяю прохладным каплям мочить голову, проникать за шиворот.
Даже хорошо немного остудиться, потому что мозг уже плавится.
Открываю калитку и прохожу на участок. Только вместо того, чтобы идти к себе, направляюсь прямо к главному входу особняка.
Звоню в звонок.
Решаю поговорить с Молчановым. Никогда у него ничего не прошу, но здесь не до церемоний. Я просто с ума сойду, если потеряю возможность навещать Марусю, единственного родного и близкого человека.
Как она там будет без меня, даже не хочу думать.
— Варя, — морщится Борис Сергеевич.
Он лично открывает дверь и теперь смотрит на меня с недовольством.
— Что тебе нужно?
— Мне…поговорить. Можно я зайду?
— Говори так.
— Хорошо, ладно.
Руки противно потеют, и я обтираю их о джинсы.
— Марусю переводят в другой детский дом и мне нужно триста тысяч, чтобы ее не увезли. Вы не могли бы…
— Нет, — отрезает он.
— Но…
— Варя, я отдал тебя в элитную школу, за которую плачу. Я предоставляю тебе отдельное жилье и даю деньги на питание.
Не собираюсь тратить сверх этого ни копейки.
— Но, сестра…
— Все! На этом разговор окончен.
Дверь захлопывается прямо перед моим носом.
Меня накрывает такое отчаяние, что не передать словами.
Одежда на мне почти полностью промокла. Трясет всю, знобит. Возможно даже, температура поднялась.
Снова звоню в звонок. Потом еще и еще. И опять.
Я готова ночевать под дверью, только бы опекун дал денег. Хочу донести до него, что я не просто так беру, я отдам долг.
Не сразу и частями, но отдам.
Добиваюсь лишь того, что звонок перестает работать.
Не думаю, что сломался. Скорее всего, Молчанов просто отключил его, чтобы не беспокоила.
Я бы и дальше обивала порог дома, но нужно собираться на работу.
Переодеваю все, кроме кроссовок, потому что они у меня одни, и еду туда. Убираюсь чисто механически, пребывая во сне наяву. А сама все думаю, думаю. Где же взять эти деньги?
Возвращаюсь за полночь и сразу заваливаюсь в постель.
Теперь абсолютно ясно, что у меня жар.
Я вся горю и тело ломит так, что сил нет терпеть. Я слышала, что если организм ослаблен, то можно заболеть даже на нервной почве, или просто промокнув, не обязательно из-за вируса.
Брежу. Мне представляется мама. Вот она стоит у кровати, подает пить, успокаивает. Мама. Как же мне плохо без тебя.
А потом в мысли снова врывается образ Королева. Из-за него все, из-за него."
"Наутро я хочу подняться, чтобы идти в школу, но сил нет.
