Интересно, как часто он пользуется положением и целует их?
Я бы делал это, пожалуй, по сто раз на дню. И не только это, а многое другое.
Братец совсем с ума сошел, что отпускает ее одну и без охраны. Впрочем, сам будет виноват, если вдруг что.
Девчонка оказывается любит поболтать.
Спрашивает, что со мной произошло и почему мне плевать на свое здоровье. Любопытная. Но мне это даже нравится.
— Ты очень красивая, — говорю ей, вместо ответа на ее вопрос и щеки девочки тут же заливает румянец.
Моя левая рука непроизвольно тянется к ней и ложится на ее талию, правая ухватывает за подбородок.
— Влад, ты обещал, — лепечет она, замерев.
Я прямо чувствую, как воздух вокруг нас сгущается.
— Знаешь, чем отличаются плохие парни от хороших? Плохие никогда не выполняют своих обещаний.
Варя начинает дрожать.
Большой палец моей правой руки дотрагивается до нижней губы и слегка оттягивает ее вниз.
— Хочу поцеловать тебя, всего один раз, — произношу медленно, давая ей привыкнуть к этой мысли.
— Нет, Влад, это исключено!
— Знаешь, почему я веду себя так, как веду? Ты спрашивала.
Так вот…девчонка, в которую я был влюблен разбилась на машине.
Варя охает и широко раскрывает глаза.
Уже не думает о том, чтобы оттолкнуть.
— Это было два года назад, но я все равно не могу забыть.
— Это ужасно!
— Виню себя в ее смерти.
— Но…почему?
— Не знаю. Потому что я выгнал ее, хотя она очень просила, чтобы я этого не делал. Но я сделал. И она поехала…Умерла, не приходя в сознание.
Вдруг ловлю себя на мысли, что она первая, кроме брата, кто знает подробности.
— Я никому этого не рассказывал раньше, только ты теперь знаешь, не считая Яра. И ты…так на нее похожа.
Девочка молчит и на ее лице я вижу. сочувствие. Черт бы меня побрал. Она не осуждает, ей правда жаль.
— Влад, я не знала. Все так грустно. А…почему ты ее выгнал?
— Была причина.
— Мне жаль, что так получилось.
— Мне плохо, и только твой поцелуй сможет вернуть меня к жизни.
— Нет, я не могу!
Конечно ты не можешь, но на секунду, всего на секунду ты допустила возможность этого.
Девчонка пытается вырваться, я тяну ее на себя и в этот момент слышу звук поворачиваемого в замке ключа.
Варя тоже слышит этот звук, начинает вырываться намного яростнее, чем за секунду до этого. Только у нее ничего не получается. Теперь она практически лежит на мне.
— Что подумает Яр, — усмехаюсь, — и ведь ничего не докажешь.
В ее глазах появляются слезы.
— Ладно, живи.
Вздыхаю и разжимаю руки.
