Удивление и нарастающая злость причудливо смешиваются в её сознании, поскольку на пороге стоит отнюдь не японский делегат, а третий секретарь китайского посольства Дэн Инчао. Более того, чиновница разодета так, словно только что сошла со страниц порно-журнала.
Чёрная мини-юбка делового кроя от известного корейского дизайнера едва прикрывает бёдра, а специальный лифчик создаёт головокружительный эффект груди, готовой в любой момент выпрыгнуть из глубокого декольте. Каждая деталь кричит о желании произвести неизгладимое впечатление на мужчину.
При виде потенциальной соперницы хозяйка номера инстинктивно скрещивает руки на груди и холодно, с плохо скрываемой враждебностью бросает:
— Чем обязана?
— Я пришла не к вам, — дерзко отвечает третий секретарь, нагло обходя её по дуге и пытаясь проникнуть в номер. — Я к нему.
В этот момент Ли Миньюэ охватывает необъяснимая волна женской ярости, абсолютно неконструктивной и непреодолимой. Мало того, что Дэн Инчао заставляет её чувствовать себя посторонней в собственном номере, так ещё и пришла в таком виде к Лян Вэю.
Её рука молниеносно взмывает в воздух, цепко захватывает третьего секретаря за уложенные волосы и решительно тянет назад к выходу.
— Пожалуйста, выйдите из моего номера, — произносит она сквозь сжатые зубы. — Я позову вас, когда оденусь.
Где-то в коридоре раздаётся характерный щелчок дверного замка, но обе женщины, поглощённые конфронтацией, не обращают на это никакого внимания.
Властно таща секретаря за волосы, Ли Миньюэ выходит из номера в коридор, и её взгляд немедленно пересекается с откровенно удивлёнными взглядами японской делегации, которая как раз направлялась к их двери.
Пожилой доктор произносит что-то на родном языке с нотками изумления, и Сато Хироши спешит перевести его замечание с характерной дипломатической вежливостью:
— Весьма занятные у вас взаимоотношения между соотечественниками, — говорит он, кланяясь Дэн Инчао. — Наше глубочайшее почтение, третий секретарь-сан.
Вы тоже едите с нами?
Ли Миньюэ демонстративно отпускает волосы из железной хватки и, отряхивая с ладони выдранные пряди, категорично заявляет:
— Нет, она никуда с нами не едет. Мы прекрасно справимся без её участия.
Дэн Инчао холодно прищуривается, её глаза превращаются в две узкие щёлочки, полные нескрываемой злобы:
— Свои люди, обязательно сочтёмся, — тихим, полным мстительных обещаний шёпотом произносит секретарь.
