К моменту, когда официантка возвращается с чайником и комплектом тонких фарфоровых чашек, парень успевает изложить ситуацию во всех значимых деталях. Девушка аккуратно разливает ароматный напиток по чашкам и бесшумно удаляется обслуживать соседний столик.
Безопасник делает первый глоток, по традиции оценивая качество чая:
— Почему ты пришел именно ко мне? Теоретически, тебе мог бы помочь кто-то из тех наших управлений, с которыми как раз у нас, к слову, непростые отношения.
— Во-первых, вы — едва не единственные в стране, кто может оформить агентурное дело задним числом.
Абсолютно законно, без сделок с совестью и без нарушения правил.
Реакция обеих полицейских не заставляет себя ждать. Они буквально подскакивают на своих местах:
— Нет!
— Что ж, для двойного отрицания и суда нет, — комментирует Лян Вэй, сохраняя непроницаемое выражение лица.
— Ладно, это, во-первых, а во-вторых?
— Возвращаясь к истории с Козликом. Судя по вашей осведомленности о Голландии, ваши служебные интересы не в стране этого полицейского.
Вы работаете не в том отделе, который курирует эту страну. Однако интеллектуальный кругозор на вашей работе всегда превышает узкие рамки должностных обязанностей.
— Ах, если бы это можно было сказать обо всех… Но продолжай.
Глава 20"
"— В вашей епархии инструментарий традиционно эволюционирует со скоростью звука — это знают все. В том числе, схемы взаимодействия. Так что я действительно не могу предсказать диапазон возможных решений, которые вы теоретически могли бы предложить, если бы захотели.
— И?
— Кто является естественным антагонистом коррумпированного полицейского? Госбезопасность, как волк для зайца.
Хуан Цзяньру и Ши Тин продолжают молча пить чай.
— А враг моего врага, как известно, мой друг, — кивает самому себе Лян Вэй. — Если для вашей организации взяточник — презираемый враг, то взяточник из полицейской внутренней безопасности — враг вдвойне. Сегодня он взял деньги у паспортистки, а завтра у кого? И за что?
— Занятная логика. Точнее, риторика.
— А если через несколько лет ему захочется получить дополнительную звездочку на погоны? Или замаячит перспектива генеральского звания? Какие тогда схемы он начнет выстраивать после десяти лет системной бездеятельности и безнаказанности? — Лян Вэй не обращает внимания на последнюю ремарку собеседника.
Фэн Ин поднимает руку, его лицо выражает согласие:
— Достаточно, не агитируй, я согласен, что подобное неприемлемо. Должен признать, ситуация заслуживает внимания.
