- Никакой ошибки здесь нет баба Маша, поэтому давайте сменим тему, - я немного помолчала и мой взгляд упал на ароматную сдобу. - Булочки просто восхитительные. Спасибо. Как Вы их готовите? – круто сменила тему, как и намеревалась ранее."
"Не хочу я ее расстраивать и дальше своими «фи», ведь и так понятно, что она не на моей стороне в данном случае, хоть и старается быть достаточно корректной, чтобы держать нейтралитет. Вдох, выдох, спокойствие и только спокойствие, не надо вызверятся на эту милую женщину, которая пока еще ничего не сделала мне плохого.
Не все так просто с этой бабой Машей, как кажется на первый взгляд.
Немного успокоившись, подняла голову к небу, всматриваясь в кусочки голубого неба, которое выглядывало из-за густых крон хвойных деревьев. Красота. Меня немало умиротворяла окружающая природа. Всю жизнь расти близ моря и в один момент так круто все поменять, оказавшись в большом городе. Честно говоря, было тяжеловато приспосабливаться, а теперь снова крутой вираж. Что меня ждет? Ничего хорошего, кажется, потому что голова Аркадия Олеговича для меня потемки.
Баба Маша нахмурилась, наткнувшись на мою только что возведенную стену.
- Ну коли так, пойдем прогуляемся по территории усадьбы.
Я не стала отказываться и достаточно быстро согласилась. Не думая ни о чем конкретном, следовала за поварихой, у которой не закрывался рот, вообще. Она трещала без перерыва, рассказывая, как строилась эта фазенда, как долго, сколько в нее было вложено души, естественно ни кем иным, как моим новоявленным папашей.
По ее словам он чуть ли не каждый камушек на подбирал для облицовки дорожек. На территории было все и немного больше, бассейн, баня с комнатой отдыха, летняя кухня, сад, огород (личная гордость бабы Маши), я насчитала, как минимум три беседки для отдыха. Сказать честно, мне здесь понравилось. Очень. Только вот, появись я здесь при других обстоятельствах, смогла бы воспринимать все это великолепие совершенно иначе. Блин, да мне вообще везде нравилось, такая уж я дура, которой все лучше, чем угол, выделенный в теткином доме.
О своей комнате я вообще и не мечтала, а деньги с аренды нашего с мамой дома взымались в счет оплаты питания, как-то так. Баба Маша представляла этот дом, как мой, я только отрицательно трясла головой, в очередной раз отказываясь иметь что-либо общее с местным хозяином. Брови поварихи хмурились и она с неутомимым упорством снова и снова выставляла Галомедова в моих глазах, чуть ли не ангелом.
