Тогда Софья сделала то единственное, что могла, – выставила щит. Владимир взмыл верх, а Мончинский встал в боевую стойку, прикрывая Софью от врага.
Но не успела она подумать об исходе этого безнадежного боя, как колдун опустил щит и махнул ей рукой:
– Это свои.
Тут же приземлился Владимир, а рядом с ним – серая сова. Оба приняли человеческий облик. На Инессе оказался надет широкий черный плащ. Подойдя ближе, дива поклонилась.
– Ваше величество, – проговорила она, – в районе Шлиссельбурга случился массовый прорыв.
Источник – колдовская тюрьма, оттуда стаями выбираются дивы. Петербургское Управление еще держит оборону, началась эвакуация окрестных населенных пунктов. Академия и московское Управление выдвинулись на помощь, но их сил не хватит. Нужна поддержка армии, особенно авиации, и иностранных Академий. Согласие получено от Пражской и Берлинской Академий и Академии Коимбры. С Лондоном пока ведутся переговоры, но кроме времени нужно еще кое-что. Ваше личное разрешение на пересечение границы.
Его должны дать лично ректору двое: действующий глава государства и ректор местной Академии.
– Выходит, граф Аверин не ошибся… – Софья прикусила губу, – я могу дать разрешение по телефону? И насчет армии… боюсь, у нас проблемы.
– Вижу. – Инесса огляделась по сторонам. – Я случайно заметила вас в воздухе, когда летела в столицу. Вы бежите, это значит, что Григорий Распутин захватил дворец?
– Кроме самого дворца захвачены в плен министры из Совета, – добавил Владимир.
– Мы предполагаем, что Распутин заставляет их отдавать нужные ему приказы или сожрал министров и отдает приказы сам. Он воспользовался личиной князя Кантемирова, которого поглотила его подручная, чтобы созвать Совет и заманить в ловушку.
Дива посмотрела на Софью:
– Именно поэтому согласие нельзя дать по телефону. Ректор Академии должен видеть, что перед ним правитель и человек. Но лететь в Прагу и тем более в Коимбру не придется. Руководители Академий уже в пути, вместе со своими силами.
– Что ж делать? – Софья с надеждой посмотрела на Владимира. – Сможете вы с Сергеем Дмитриевичем меня донести?
Мончинский заморгал и опустил взгляд:
– Прошу… прощения. Но… одно дело сотня километров, а тут, наверное, две, а то и все три тысячи. В седле это было бы возможно, но так мне не хватит сил. Я могу, конечно, попробовать…
Инесса критически оглядела Владимира.
– Нет, – наконец сказала она, – ничего не получится.
