А Аверин внезапно ощутил, как на плечи ему легли мощные лапы. И прямо перед лицом ударило пламя.
И сразу же ощутил живительное тепло. Струя огня стала тоньше, а див, сев на лед, обнял его передними лапами и прижал к своему телу.
– Хватит, – тихо сказал он Кузе, – не трать силы на огонь. Мне уже лучше.
Огонь исчез, зато меховая туша, казалось, навалилась на него еще сильнее. И Аверин почувствовал, как его лицо и руки начали колоть сотни иголок. Но не только потому, что шерсть Кузи была жесткой и колючей: див делился энергией.
Сила Мончинского тоже помогла: Владимир с некоторым трудом поднялся на ноги. И расправил крылья, чтобы они не касались льда.
– У вас еще много крови осталось? – спросил Аверин.
– Я отложу на дорогу. Остальное хочу отдать.
– Сколько до выхода?
– Минут пять-семь. Верхом на Кузе…
В пасти Владимира исчезла еще одна коробочка. И вот див, неуклюже взмахнув крыльями, смог подняться в воздух.
– Я полечу на нем. – Мончинский задрал голову вверх. Владимир сделал небольшой круг и приземлился, стараясь всеми лапами попасть на брезент.
Лететь таким образом было верным решением. Так колдун сможет в дороге подпитывать дива своей силой.
Аверин легонько хлопнул Кузю по лапе, и тот моментально пригнулся, давая возможность сесть верхом.
– Постарайтесь не отставать. – Колдун оглянулся на Владимира, кинул Кузе дозу крови и плотно примотал себя Путами. Кузя рванул вперед.
Див бежал достаточно быстро, у Аверина даже заложило уши. Примерно через пять минут они остановились, и Кузя издал громкий рык.
Аверин присмотрелся. Оранжевое пятно палатки было уже совсем близко, но выглядело как-то странно.
Не успев толком сообразить, что не так, Аверин убрал Путы, вскочил на ноги и выставил щит. Кузя глухо угрожающе зарычал. И в этот момент Аверин понял, что палатка больше не стоит, как положено. Да и не палатка это вовсе – просто кусок разорванной оранжевой ткани.
Сверху тоже послышался рев, и рядом с Авериным прыжком приземлился Мончинский.
И тут из-за ледяного тороса показался див.
Он шел медленно, лениво перебирая лапами, демонстрируя собственное превосходство. И неудивительно. Откуда-то сбоку раздался трубный звук, и еще один див появился в поле зрения. А потом еще один. И еще.
– Будем прорываться, – негромко сказал Аверин, но Мончинский его услышал. И спросил жестом:
– Куда?"
"Аверин бросил взгляд на Кузю. Тот ощетинился и рванул вперед, скорее всего, именно там в окружении самое слабое звено.
