Если похищенные колдуны открывали коридор из Пустоши, они живы, хотя я и не понимаю, как это возможно. И вы упомянули что-то, схожее с жетонами. Значит, надо искать чародея.
– Верно. Я поговорю с племянницей, возможно, она подскажет, что это может быть за жетон.
– Хорошо. Узнаете что-то новое – звоните мне. – Николай Антонович немного помолчал, а потом спросил: – Вы собираетесь освободить из ловушки Императорского дива?
– Да.
Министерский колдун отставил чай и пристально посмотрел Аверину в глаза.
– Тогда желаю удачи, – проговорил он.
Тяжелая дверь открылась, и Екатерина подняла голову. Адвокат. Опять он.
– Я же сказала, что больше не буду сотрудничать, особенно после того, что вы устроили. – Она отвернулась и демонстративно уставилась на оконную решетку.
– Мы ничего не устраивали, – мягко сказал адвокат, – и поймите, я всего лишь посредник. Меня попросили вам кое-что передать.
Перед ее лицом возникло фото. Девочка на снимке даже не пыталась делать вид, что она человек.
– Моя сестра давно мертва.
И если бы я знала, зачем вам…
– Зато эта женщина жива, не так ли? Еще жива.
Перед лицом появилась еще одна фотография. Мама. Она сидела на фоне какой-то белой стены и в руках держала картонный прямоугольник. На ее щеках блестели слезы.
– Где она? Что вы с ней сделали? – резко обернулась Екатерина.
– В больнице. У нее снова случился инсульт. Не нужно никого обвинять, ей не сделали ничего плохого. Но ей требуется лечение, уход. А ваше имущество арестовано. Вам решать: бросите ее на произвол судьбы или все же смирите свою гордыню.
"
"Она встала. И долго смотрела на визитера. Интересно, сколько платят этому человеку? Знает ли он вообще, чем занимаются те, кто отправляет его с поручениями? Или деньги настолько ослепляют его, что ему просто нет до этого дела?
«Ох… мама… Разве это того стоило?»
– Хорошо. Что я должна сделать, чтобы выйти отсюда?
– Вот так-то лучше, – улыбнулся адвокат, – немного.
Он достал большой стеклянный шприц.
– Просто наберите своей крови. И зачаруйте ее от порчи и холода на сорок восемь часов.
Вечер выдался прохладный. Но уходить в дом совершенно не хотелось, поэтому Аверин, глотнув горячего чаю, почесал за ухом свернувшегося у него на коленях кота и попросил:
– Принесешь плед?
Кот поднял голову. Видно было, что вставать ему совершенно не хочется, но все же он соскочил с колен колдуна и направился в дом. Маргарита ушла полчаса назад, так что обнаружить себя Кузя не опасался.
Аверин взял в руки чашку, согревая ее.
