– …Но я по-прежнему вас подозреваю и доверять не собираюсь, – внушительно закончил фразу Николай Антонович.
Аверин усмехнулся:
– Я бы на вашем месте не стал сомневаться в решении, принятом Владимиром. Вот я, например, не сомневаюсь в ваших профессиональных качествах именно потому, что он взял вас к себе в помощники. Да и в конце концов, я приглашен на церемонию коронации, и не один.
– Да, я слышал. Вы приглашены с семьей.
– Глупо было пытаться нас подслушивать. Тем более что ничего ценного вы так и не услышали. Но я вам помогу.
Я туда приглашен не только с семьей, но и вместе с Кузей.
Теперь на лице Николая Антоновича отразилось некоторое удивление:
– На церемонии будет присутствовать див? То есть еще один див, кроме Императорского?
– Ее высочество лично подписала приглашение и разрешение, – подтвердил Аверин, – так что можете оценить уровень доверия.
– Я, конечно, не смею давать оценку… – пробормотал Николай Антонович и замолчал.
– …Но доверять мне все равно не будете? – продолжил за него Аверин.
– Ни в коем случае, – отрезал министерский колдун.
– Я не понимаю, что такое доверие. Есть факты, и они говорят не в вашу пользу. И ни одного опровержения у меня нет.
– Что ж… – Аверин отхлебнул чай, – я бы с удовольствием выслушал ваши «факты». Может, мне и найдется, чем их опровергнуть.
– Хорошо. Но взамен я хочу, чтобы вы объяснили, как вы догадались, кто я. Вам рассказал Императорский див? Он доверил вам государственную тайну высшего уровня?
Аверин рассмеялся. Задавая вопрос, Николай Антонович округлил глаза и, кажется, даже слегка содрогнулся от ужаса.
– Нет, конечно, – успокоил его Аверин. – Вы прокололись, причем не один раз и весьма существенно. Разобраться в остальном не составило труда.
– И в чем же? Где я прокололся?
– Ну, первое и главное, вы недооценили дивов моей семьи. И в первую очередь Сару. Она немедленно доложила фамильяру о собаке, которая неизвестно как оказалась возле дома и что-то вынюхивала. А Анонимус тщательно все проверил, убедился, что обычная собака через лаз бы не пролезла, и сообщил мне.
А перед этим Кузя заметил, что от вас пахнет, извините, псиной. Он кот и к запаху собаки очень чувствителен. Ну и, наконец, было довольно опрометчиво помещать меня в камеру, где вы оставили свою шерсть.
– Хм… – протянул Николай Антонович, – кто бы мог подумать, что из таких мелочей вы сможете сделать настолько далеко идущие выводы.
– А я не делал выводов, Николай Антонович. Вы правильно сказали: сыщика интересуют только факты.
