Но почему-то никак не выходит, – Аверин развел руками, – но, по крайней мере, вы с Марией посмотрите редкое зрелище.
– Вот за это я весьма благодарен. Подумывал даже съездить поглядеть шествие, а тут приглашение непосредственно в Успенский собор. Невероятно!
Внезапно с улицы раздался громкий детский смех.
Аверин обернулся, выглянул в окно и увидел Мишу. Мальчик указывал куда-то на кусты, которые росли недалеко от ограды."
"– Смотрите! Смотрите! Кузя за собакой бегает! Огромная! – Миша широко раскинул руки и снова рассмеялся: – Кот гоняется за собакой!
Аверин встал и всмотрелся в кусты.
Было тихо, и он услышал негромкое угрожающее рычание. А потом рассмотрел и собаку. Здоровенный серый пес вжался в клумбу и, задрав голову, рычал на Кузю, запрыгнувшего на ограду и взиравшего на него с явным любопытством. Кто угодно, увидев такую картину, подумал бы, что собака загнала кота на забор. Но Аверин и без Мишиных комментариев понял, что все наоборот. Словно в подтверждение, пес резко сорвался с места и помчался вдоль изгороди.
Кузя метнулся за ним и, мгновенно обогнав, спрыгнул почти перед самой мордой. Пес попятился и бросился в противоположную сторону.
Эти гонки выглядели так, будто животные играют. Но Аверин отлично знал – играет только Кузя. Он двигался нарочито медленно, в расчете на зрителей, и так, чтобы у собаки оставалась иллюзия, что она сможет убежать.
Но итог этой гонки был полностью предсказуем.
Вздохнув, Аверин махнул Василю:
– Я сейчас, – и, быстро покинув комнату, бросился вниз по лестнице.
Он доверял Кузе и знал, что тот не причинит вреда своей «игрушке». Но что может выкинуть пес, будучи зажатым в угол, он не знал. И узнавать не хотел.
А Николай Антонович был зажат в угол в самом прямом смысле.
С утра он специально выжидал. И, только убедившись, что хозяйская дочка со своим зверодивом ушла, он вернулся к лазу и проник в сад. Лаз никто не заделал, а значит, его прошлое появление прошло незамеченным. Только запах лисы был повсюду, она тщательно обнюхала его следы.
Но, вероятно, приняла за случайно забежавшую собаку и, выгнав, успокоилась. Фамильяр и приехавший с графом див Кузя – дивы первого класса. И их нюх в человеческой форме уступает нюху зверодивов, они не должны почуять что-то необычное.
Осторожно, почти прижимаясь брюхом к земле, Николай Антонович подполз поближе к дому. Окно второго этажа было открыто, и он отчетливо слышал голоса. Забравшись в кусты акации, он лег в густую траву и притаился, подняв уши.
