Леня вышел из машины, подошел к Уху, продемонстрировал красивое удостоверение и проговорил хорошо поставленным начальственным голосом:
– Майор Несгибайло! Что здесь у нас происходит, старший сержант?
Ухо поднес руку к козырьку и отрапортовал:
– Разрешите доложить! Проверяю документы у водителя в рамках операции «Перехват»!
– И что документы? – осведомился Маркиз, забирая у «старшего сержанта» бумаги Барсукова.
– На первый взгляд в порядке…
– Да что вы ко мне привязались? – забормотал Барсуков. – Документы у меня в полном порядке, правил я не нарушал, так что отпустите меня, я по делам тороплюсь…
– Торопитесь, значит? – Маркиз спрятал документы Барсукова в свой карман и нарочито медленно подошел к «ситроену». – Если вы торопитесь, то в ваших же интересах как можно быстрее выполнить все наши законные требования.
– Какие еще требования? – простонал Барсуков. – Сержант документы потребовал – я их предъявил…
– Старший сержант! – строго поправил его Ухо.
– Ну, старший, старший… пусть будет старший… так чего вам еще от меня надо?
– Пожалуй, проедем с вами в управление… – задумчиво протянул Маркиз. – Там, на месте, снимем показания… запротоколируем как положено…
– Не надо в управление… скажите прямо – что вам от меня нужно? Какие показания?
– В управление, значит, не хотите… – Маркиз переглянулся с Ухом и сел на переднее пассажирское сиденье «ситроена».
Повернувшись к Барсукову, он строго проговорил:
– Вы ведь в свое время служили в полиции?
– Ну, служил…
– В чине капитана?
– Ну да, капитана… а в чем дело?
– Это ведь вы вели дело о ДТП со смертельным исходом, в котором погибла гражданка Светлана Калмыкова?
– Ну, я столько всяких дел вел за эти три года, где уж их все упомнить!
– А мне почему-то кажется, что как раз это дело вы, Барсуков, хорошо помните.
– Это почему же?
– Да хотя бы потому, что вы сказали – «за эти три года». А дело Калмыковой имело место как раз три года назад.
