– Ты ведь, голубь, не забыл, что мои консультации платные?
– Как можно, Иван Игнатьевич! Конечно, помню! Разве бы я стал вас даром беспокоить?
– И тариф мой помнишь?
– Конечно, помню. – Леня достал бумажник. – А в чем вы сейчас берете? В долларах или в евро? Или, может, учитывая здешнюю специфику, в рублях по курсу? – и Маркиз оглядел заведение.
– Прямо даже и не знаю… – протянул Иван Игнатьевич. – Думал идти в ногу со временем, перейти на биткоин, да что-то засомневался. Ненадежный он какой-то, несерьезный, мне не по возрасту.
Юань, опять же, крепко стоит, но я к нему пока не привык… ну ладно, так и быть, давай в рублях!
Леня отсчитал нужную сумму и передал ее старичку.
– Ну, так что вы скажете насчет Сундука?"
"– Что я тебе могу сказать… ты вот спрашиваешь, чем он занимается и на кого работает. Насчет первого – все ясно, занимается он тем же, чем все люди с подобными кличками, – рэкет, вымогательство, мелкие грабежи, если прикажут – может и устранить кого-нибудь… Но такая информация денег не стоит, это ты и без меня знаешь.
– Тут вы правы. Меня больше интересует ответ на второй вопрос: на кого он работает? Кстати, вам шах.
– Что ты говоришь? – Иван Игнатьевич уставился на доску. – А ведь и правда, шах… а вот мы так походим! – И он двинул вперед коня. – Смотри-ка, а теперь тебе шах!
– И правда… я смотрю, вы повышаете уровень мастерства! Еще немного – и получите звание международного мастера! А там и до гроссмейстера недалеко…
– Ну что ты! Ты мне льстишь, голубь.
И зачем мне все эти звания, мне бы дожить в тишине и покое… Ты ведь тоже, голубь, всегда избегаешь скандальной известности.
– Не заговаривайте мне зубы, Иван Игнатьевич! Так все же – на кого он работает?
Старик тяжело вздохнул, огляделся по сторонам, понизил голос и неохотно проговорил:
– Раз уж обещал – придется держать слово, хотя, видит бог, не хочется произносить это имя… на Луку он работает, твой Сундук.
Только умоляю – никому не говори, что узнал это от меня!
– Это вы зря напоминаете! – заверил старика Маркиз. – Вы меня не первый год знаете, я такие сведения никогда не разглашаю. Значит, на Луку? На того самого Луку? На того Луку, который в конце девяностых подмял под себя почти весь городской криминальный бизнес?
– А я никакого другого Луку и не знаю. По крайней мере, в нашем городе.
