То есть Ольга Павловна, - он смеется, - и Вера Григорьевна - моя бабушка.
- Очень приятно, - улыбаюсь.
Мама сияет.
- Мы тоже рады знакомству, Ташенька!
Бабушка лишь кивает и говорит - здравствуйте. Но думаю, тут ничего личного, просто человек в годах.
- Таш, налить тебе пока сока? Или воды? Есть еще лимонад, кофе, чай.
Мотаю головой.
- Нет, я брала с собой воду. Пила в дороге.
Мама Оля, наконец, отрывает взгляд от меня и обращается к Нику.
- Сынок, я тогда пойду салатами займусь.
- Вам помочь? - говорю на автомате.
Мама хитро щурится.
- Не откажусь!
Я шагаю к ней и дому, оглядываюсь на Никиту. Тот кивает.
- Хорошо. Мы пока прогуляемся с бабушкой. Сильно Ташу не нагружай, мам.
- Ой!
Проходим в дом. Тут и правда много пространства. Ремонт солидный… по меркам четверти века назад. Уже много неактуально, типа плинтуса на потолке и мелких камешков на стенах. Плитка на полу староватая. В общем, я понимаю желание Ника сделать ремонт.
Кухня тоже шикарная… была годы назад. Впрочем, это почти классика.
Множество деревянных шкафов навесных и напольных. Коричневый фартук из плитки.
- Я хочу сделать греческий салат и цезарь. Моей свекрови нельзя шашлык. И может, кто из девчонок на диете.
Вздыхаю.
- Это точно не я.
Мама Оля хихикает.
- Ты молодая совсем! Тебе питаться надо.
Я не мастер готовки, прямо скажем. Но Лев очень любит свежие салаты, и я их часто крошила к ужину, чтобы его порадовать. Так что в этом меню я как рыба в воде.
Ольга Павловна поручает мне резать сыр, огурцы и помидоры.
- У вас такие хорошие отношения с Никитой, - решаюсь сказать, когда повисла пауза, - он говорил, что не родной ваш сын.
Тема сиротства для меня особенная.
- Да, когда его мать умерла, мы с ним решили, что у него будет две мамы. Но все же оба не забывали, что родная не я. И что у меня есть родной сын. Я не принуждала Ника любить меня так же, как любит мой сын. И для себя их не равняла. Хватило нам уравниловки от папы!
На меня находит легкий шок. Я ведь слышала похожую историю… Моргаю.
- Но отношения у вас очень теплые!
Женщина кивает, разделывая вареную грудку.
- Да… Я думала, стану мальчику другом. Но не смогла сдержать материнский инстинкт. И он ко мне потянулся. Так что мы тоже мать и сын, только особенные. Но для меня и слово мачеха – не оскорбление. Я ведь правда мачеха, и ничего плохого в этом нет. Зачем что-то ставить из себя?
Какой она мудрый человек. И мне близки ее рассуждения. Тоже не люблю, когда лицемерят и притягивают за уши то, чего нет.
