Глава ненадолго отлучился к прочим моргающим членам Совета, а вернувшись, сказал:
— Совет не возражает выслушать требования и пожелания мужественной ваиры клана ри-Анор.
От волнения мой голос немного дрожал, но я начала говорить:
— В первую очередь, я сожалею о смерти представителей славных кланов ри-Амас и ри-Аидин. Они сражались как настоящие воины и погибли с честью. Если бы мне было известно о том, что нет угрозы жизни моего клана, то я никогда не применила бы боевые снаряды. Мы часто беседовали с его высочеством Талинором ри-Атон и я поняла, как чисты были его помыслы и то, что он скорбит о потере своих союзников в результате его необдуманного решения.
Принц так стремился искупить свою вину, что предложил породниться с императорским кланом. Не считая себя достойным великой чести, он предложил в качестве кандидата своего старшего брата и я очень благодарна ему за прекрасного мужчину, ставшего замыкающим наш, как выяснилось, неполный клан. Но и этого благородному Талинору показалось недостаточным: он передал мне свою императорскую печать в качестве гарантии мира и сотрудничества между императорским кругом и моей семьёй.
Я считаю вину Талинора ри-Атон полностью заглаженной материальной компенсацией в виде бесценного артефакта — императорской печати.
От волнения у меня вспотели ладони, от напряжения затекла спина, но я была довольна тем, как мне удалось повернуть вопрос в свою сторону."
"Советники опять собрались кругом, обсуждая вопрос.
У меня устали ноги. В этот раз Советники спорили не менее часа.
Время давно перевалило за обед, но, к счастью, прерываться на него никто не стал. Толпа зевак заметно шумела, не позволяя услышать, о чём говорят наши судьи. Наконец, глава отделился от остальных и вышел к трибуне.
— Ввиду раскаяния Талинора ри-Атон, добровольной материальной и моральной компенсации и отсутствии претензий с пострадавшей стороны, считаем его Долг жизни полностью выплаченным, а спор закрытым, — лаконично сообщил глава, и Совет полным составом покинул зал.
Глава 23
Виорика ри-Анор
Как только члены Совета покинули зал, к нам хлынула толпа зевак.
Мужья опять окружили меня со всех сторон. Всё это было странно: вроде бы никто не толкался и не хватал меня руками, но мне было немного страшно от того, что эти странные раалийцы были готовы разобрать меня на сувениры, согласно своим странным традициям.
— У нас сегодня был трудный день. Моя ваира устала и беспокоить её в такой момент просто неприлично, — громко и строго сказал Алир.
