Я не был праведником, и за многое мне было стыдно, но сильнее всего мучила память о печали в глазах человеческой девушки, сумевшей за такой короткий срок просто врасти мне под кожу. Не хотелось покидать этот мир, так и не узнав её любви. Мне снился нежный голос, что звал, уговаривал меня вернуться, быть с ней, с Мирой. Преодолевая океаны боли, я открыл тяжёлые веки, чтобы утонуть в зелёном омуте, полном тревоги и чем-то ещё, что мне очень хотелось принять за нежность.
— Люб-лю, — хрипло прокаркал я, морщась от звука своего голоса.
— Дурак. Какой же ты дурак, — целовала меня Мира, роняя на моё лицо солёные капли слёз. — Я тоже тебя люблю. Всех вас. Не смей больше умирать!
— Не буду, — выдохнул я, растратив на слова последние силы, но уснул счастливым.
Боль проходила медленно, терзая моё тело, но она больше не имела никакого значения. Мне было ради чего жить. Я твёрдо решил стать лучшим мужем для моей девочки. Не могу сказать, что счастлив от её выбора остальных мужчин, но, раз они нужны моей ваире, то я научусь их ценить.
Дальше, благодаря стараниям медиков, минуты болезненного пробуждения сменялись часами спасительного забытья, позволяя моему организму восстановиться.
Выздоровление шло раздражающе медленно, что неудивительно, ведь наше оружие ближнего боя рассчитано на то, чтобы прожигать защиту симбионтов, нанося урон внутренним органам, ведь внешние раны быстро исцеляет нум. Постоянное присутствие моей малышки не давало мне скатиться в депрессию, ведь я не знаю ни одного клана, в котором ваира бы так переживала за своих мужей.
Хотя, нет: один всё же знаю.
— Тебе действительно удобно? — услышал я приближающийся голос Нэвиса.
— Нэв, перестань беспокоиться. Это ведь наш ним, а значит, Мире он не может не подойти, — последовал спокойный комментарий от Сэйма."
"— Вы уверены, что Лина это порадует? Наверное, ещё рано его примерять, — тихонько отозвалась Миранда, заставляя меня задержать от волнения дыхание.
— Даже не сомневайся, — заверил Гэлард, открывая перед малышкой дверь.
Забыв о боли, я приподнялся на локти, наблюдая самую соблазнительную женщину во всех мирах.
Миранда медленно вошла, встречаясь со мной взглядом. Лёгкие обожгло болью, напоминая о необходимости дышать. С хрипом втянув воздух, я не мог оторвать глаз от изящной фигурки, затянутой в мой ним.
Симбионт принял форму не по моде строго платья, но на округлых изгибах девичьего тела оно выглядело вызывающе эротичным.
