— Что вы, дорогая мама, это же всего лишь шух. Разве можно обвинять в шалости милого зверька? С нашим-то общим уровнем интеллекта, — едва сдерживая смех, изображала участие я.
Капризно топнув ногой и издав противный возглас, дама удалилась.
Переглянувшись с Вейсом, мы, не сговариваясь, рассмеялись.
— Спасибо, мой хороший, — сказала я, ласково тиская Уголька. — Это был самый классный жук в моей жизни.
Довольный похвалой и лаской шух доел своё своевременное подношение, переместившись на широкий подлокотник кресла.
Потом, просвистев мне очередную порцию любви и восторга, пушистик скрылся в форточке.
— Почему ты не возразил ничего этой… позволяя оскорблять себя и нашу семью? — спросила я у Вейса.
— Вмешиваться в разговор женщин — недопустимо, — виновато сказал близнец, притягивая меня в свои объятия.
— А о чём говорила Лионора? Можно избежать беременности, если отказаться от секса на три недели? — уточнила я.
Хоть я и говорила мамаше Талинора, что счастлива от перспективы стать матерью, но, если есть возможность повременить с зачатием, то я предпочла бы ей воспользоваться.
— Ты не хочешь ребёнка? — грустно спросил Вейс, обиженно опуская взгляд серых глаз.
— Всё слишком быстро, Вейс. Да, я хотела бы, чтобы это произошло тогда, когда я буду готова стать матерью, а не через неделю после знакомства с вами и по необходимости, — отстаивала я свою точку зрения, отстраняясь из объятий мужа.
— Тебе лучше обсудить это с Алиром. Только он может принять такое решение, — сказал парень, отворачиваясь от меня к окну.
Ну и ладно! Почему я постоянно должна уступать? В конце концов, это моё тело и мне решать, когда вынашивать ребёнка.
В напряжённом молчании мы не пошли на прогулку, дуясь друг на друга до самого прихода остальных парней.
Глава 32
Миранда Райс
Я очнулась, слушая тихие встревоженные голоса мужчин.
— Ты уверен, что с ней всё хорошо? — спросил хриплый бас одного из раалийцев.
— Сканер показал просто нервное и физическое истощение. Пусть ещё немного поспит, — ответил свёкор Рики.
— Просканируй ещё раз. Она спит уже сутки, — сказал третий.
От голоса последнего мужчины по позвоночнику побежали колкие мурашки узнавания. Сразу вспомнилось то, из-за чего я упала в обморок, как слезливая институтка.
— Сейм, успокойся. На малышку столько всего навалилось, неудивительно, что она перепутала тебя с погибшей парой, — успокоил друга Нэвис.
— Я чувствую себя виноватым и не знаю, как теперь себя вести, — переживал раалиец, напомнивший мне Раса.
