Просто мы их спугнули, добить не успели. Парень дрался… жалко.
Я быстро провела руками по телу мужчины.
Так, удар в печень уже сам по себе смертелен. Еще били в живот, в грудь, легкое тоже повредили… Кажется, позвоночник сломан.
– Не жилец.
– Да я понимаю. Вета, ты можешь его в чувство привести? Хоть сказал бы, кто его да за что?
Это я могла. На пару минут могла.
– Господин Мирий…
– Что надо?
– Есть у меня одно снадобье, только оно из запрещенных.
– Да плевать…
– Вы выйдите на минутку…
В глазах стражника мелькнуло понимание.
Так, если и спросят, он ничего рассказать не сможет. Привела лекарка в чувство – и слава Светлому. А как, что…
Средства такие и вправду имелись. Только Корона за них гоняла хуже, чем за дурман-травку, и были они под строгим запретом. Разве что в лечебницах, и то каждый грамм на учет.
Стражники понятливо затопали ногами по половицам, и через пару секунд дверь уже закрылась. Дело такое, житейское.
Конечно, ни к какому шкафу я подходить не стала. Просто положила руки на грудь раненого – и дар пошел сквозь меня мощной волной.
Да такой, что мне страшно стало.
Жизнь вокруг тебя. Все в мире – живое. Расслабься, слейся с миром, ощути, как он отдает тебе свою силу – с радостью. Он счастлив помочь своим любимым детям…
Вылечить несчастного я не могла. Но привести в себя – спокойно.
Порозовело лицо, открылись глаза…
– Вета!
И только сейчас я его узнала. Тот самый мальчишка, который выжил после гонки в каретах. Кажется, виконт.
– Виконт?
Мальчишка приподнялся, цепляясь за мою руку, в горле заклокотало.
Он понимал, что умирает. Я видела его глаза, и они были отчаянными и испуганными.
– Вета… Уезжай! Спасайся…
И откинулся назад.
Жизнь медленно уходила, гасла, и не было возможности вернуть утраченное. Если бы чуть легче… Но слишком много всего! Слишком его изуродовали.
– Что…
И на самом пределе выдоха мне удалось расслышать только одно слово:
– Люблю…
– Кончается?
Господин Мирий стоял за моей спиной.
Я вскочила на ноги.
– Нет! Будь оно все проклято – нет!!!"
"Этого мальчишку я не отдам! Даже и не рассчитывай, сестренка-смерть! Ты стоишь за моим плечом, я вижу это, но здесь и сейчас тебе придется уступить мне! Я не знаю, что хотел сказать мальчик, я ничего не знаю, но… А, Темного крабом!
– Я потом все объясню.
Больше у меня не осталось времени на слова, юноша уходил. И я сделала единственное, что могла. Положила руки на тонкие аристократические запястья и выпустила всю доступную мне силу.
