Мы его в лечебницу для бедных принесли…
Я его откровенно не помнила, но разве это важно?
– Он выжил?
– Да. Мы уж свадьбу назначили.
– Это хорошо. Свадьба, дети…
– Бог даст, и у вас скоро свои появятся? – покосилась женщина на мой браслет.
Я только вздохнула.
– Дети… А если они будут такие же, как я?
– Так это ж счастье. Для всего Алетара!
– А для них? Золотая клетка?
Женщина задумалась. И осторожно уточнила:
– А вы чего бы для них хотели?
– Свободы.
Меньше всего я ожидала следующего вопроса.
– А что такое свобода, госпожа Ветана?
– Идти, куда хочешь, делать, что пожелаешь…
– Вы ведь не ушли во время эпидемии.
Хотя и были полностью свободны.
– Я не могла уйти.
– Вас оставляли силой?
– Нет.
– Но вы же не бросили город.
– Я просто не могла поступить иначе.
– Могли. Не лечить, спрятаться… Могли.
– Нет. Не могла.
– Зато – свобода.
– Оплаченная чужими жизнями? Это гадко…
– Видите? Вы уже не свободны. От своего воспитания, принципов, характера… О чем тут говорить? Свобода – это смерть, и никак иначе.
Живой-то человек – он всегда чем-то или кем-то связан. Иначе отродясь не получится.
– Неужели свободы не бывает?
– Бывает. Свобода – это понимание необходимости того или иного поступка.
Я задумалась:
– И иначе никак?
– Не знаю, как иначе.
Я тоже не знала. Но подумать над этой мыслью стоило.
– Поступки бывают разные.
– А порядочность для всех одна. Что бы кто ни говорил.
Я не ожидала таких слов, но его величество не приставил бы к Марте полную дуру.
Скорее наоборот.
– Спасибо, госпожа Авир.
– Да не за что, госпожа Ветана.
* * *Граф Оломар был доволен и счастлив. Уже не Оломар, собственно говоря. Граф Лоретан. И графство Лоретан куда как ближе к столице, чем Оломар, и не в убогом Миеллене, а в Раденоре, и доходов с него куда как поболее, и король благосклонно взирает на графа. Что еще надо? Ничего. Разве что выпить и покутить ночку в одном милом скромном местечке. Ах, такие девочки! Просто прелесть! Особенно та, рыженькая.
Граф раскинулся на диване, поманил к себе девочку:
– Иди сюда, красотка.
– Эта моя! – послышался голос из другого угла зала.
Мадам Лилли тут же поспешила на звуки зарождающейся ссоры.
– Господа! Господа, не стоит ссориться, моих девочек на всех хватит…
– Хочу эту! – рявкнул граф.
Выпитое вино бродило в крови и звало на подвиги. И рыжая девушка казалась очаровательной богиней, а уступить ее – невозможным.
– Подождешь! – отозвался в ответ кто-то.
