Интересно, опять это вижу только я? Да, наверное…
– А я думаю, что мы с вами должны побеседовать о моем предке в другой обстановке, – процедил его величество. – Я не люблю угроз и никому не позволю себя шантажировать. Стража! Взять его!
Храмовник развел руками:
– Что ж, ваше величество, вы не вняли голосу разума. Действуй, дитя Света.
И юноша шагнул вперед, поднимая руки.
* * *Волну своей магии я узнала сразу. Я узнала бы магию жизни, даже если бы меня приковали к скале, завязали глаза и заткнули уши.
Это было… Это было словно водопад, словно рассвет, словно ураган. И…
Его величество не выдержит.
Поняла это так же отчетливо, как почувствовала магию. Парень был силен, очень силен, и сдаваться не собирался. А смерть… Смерть склоняется перед жизнью. Сгустилось перед королем облако мрака, жалобно зашипело, почти как живое существо, которое убивают на моих глазах, но отступать не собиралось, давая хозяину время, чтобы собраться.
Эрик поднял руки, и с пальцев его полилась тьма.
Но одновременно…
Старик положил руку на плечо юноше. И свет стал еще ярче, еще ослепительнее, еще…
«Не верь ни свету, ни тьме. Не бойся ни жизни, ни смерти. Это две стороны одной монеты. Иногда убить – значит спасти».
Слова старой рофтерки всплыли в разуме так четко, словно она сейчас стояла у меня за плечом. Там, где не справится смерть, да будет жизнь! Я увидела, как у его величества из носа, глаз, ушей хлынула кровь. Нет, он не выдержит. Любая другая магия, может быть, но не магия жизни.
Они природные антагонисты, а этот мальчишка еще и очень силен, не слабее меня…
Король не справится.
И я сделала шаг вперед.
«Пожалеешь многое – потеряешь все. Зло уже идет. Берегись добра, оно бывает злее».
Я увидела, как бросается на преграду Леклер и отлетает сломанной куклой, как вбегает в зал гвардия, как удирают придворные, но все это было словно за стеклом. Не важно и ненужно, как рыбки в аквариуме, потому что еще один шаг…
И я оказалась перед королем.
– Уйди, дитя Света.
Говорил старик, юноша был слишком сосредоточен на некроманте, чтобы обратить на меня внимание. А я даже отвечать не стала. Потому что в руке у меня уже была шпилька с мерзкими острыми концами, и первые капли крови упали на мрамор. Крови, смешанной с кровью короля-некроманта…
Здесь я – своя!
– Кровью за кровь, я возвращаю долг!
И сила хлынула потоком…
Что появляется там, где жизнь борется с жизнью? Не смерть, нет.
Пустота.
