– Она не танцует, – напрягшись, чувствуя, как вспотели ладони, сказал Дмитрий.
– А я и не приглашаю, – осклабился тот. – Слышь, парень, че у твоей телки за побрякушка на шее? Где ты ее откопал, в натуре? На мусорке?
– Гы-гы-гы-гы! – дружно загоготали его приятели.
«Ну, вот, доигралась женушка, – холодея от страха, подумал Дмитрий. – Ведь просил же не надевать чертов медальон! Разве она послушает? Теперь эти не отстанут: нашли зацепку. Как же быть?»
– Тебе-то какое дело? – скрывая растерянность, с показной небрежностью произнес он.
– Купить хочу! Продай.
У Дмитрия скулы свело от бессильной ярости. Он что же, собирается купить его жену? Набил карманы грязными деньгами и возомнил себя большим боссом, хозяином жизни? Как такому ответить, какими словами?
Арина, распахнув серо-зеленые глаза, дергала его за рукав: не связывайся, мол, не нарывайся.
– Это моя женщина! – взревел Дмитрий, теряя над собой контроль. – Понял ты, ублюдок?
– Ты че, псих, да? – оторопел молодчик.
– Ребята, он псих! Решил, я его бабу хочу!
Скандал разгорался, привлекая всеобщее внимание.
– Арина, пошли отсюда, – шепнул жене Дмитрий. – Быстро!
Он взял ее за руку и потащил из-за стола.
– Я побрякушку покупаю, мудак! – оскорбленно завопил бритоголовый и потянулся к шее Арины. – Продай мне эту штуку! Сколько просишь? Я не жадный! А телка сама за мной побежит. Гляди! – Он вынул и рассыпал под ноги молодой женщине пачку крупных купюр. – Она «зелень» любит, козел, а не тебя! Кто больше даст?!
Новый взрыв хохота на мгновение заглушил скрипичные пассажи.
Дмитрий побледнел, сжал зубы.
– Дай пройти, – процедил он.
Парень между тем присматривался к Арине, – его хмельные глаза скользили от медальона вниз, по ее груди, наливаясь кровью. Она схватилась за бархатку на шее, сжала ее побелевшими пальцами. Продать медальон? Ни за что!
– Вот дура! – ухмыльнулся бритоголовый. – Я тебе брюлики куплю! Оставь своего лоха, на кой он тебе сдался?
Он схватил Арину и дернул к себе.
Она вскрикнула, но крик потонул в звуках музыки, хохоте и пьяных возгласах приятелей наглого молодчика. Тот увлек ее танцевать, крепко обнимая за талию. Дмитрий не ожидал подобного, рванулся было следом… его приостановил один из гостей, кто был потрезвее.
– Не кипятись. Пусть потанцуют! Не съест он твою Арину. Не накаляй обстановку!
Свечи обгорали, гасли с тихим шипением, стекали по канделябрам.
